Дени Дидро

Родился в Лангре в семье ремесленника-ножовщика. По желанию семьи юный Дени готовил себя к духовной карьере, в 1723-28 гг. учился в лангрском иезуитском коллеже, а в 1726 стал аббатом. В этот период он был религиозен, часто постился и носил власяницу. В 1728 или 1729 году Дидро прибыл в Париж для завершения образования. По некоторым свидетельствам, он учился там в янсенистском коллеже д'Аркур, по другим - в иезуитском коллеже Людовика Великого. Предполагают также, что Дидро посещал оба этих учебных заведения и что именно взаимные нападки иезуитов и янсенистов отвратили его от избранной стези. В 1732 году он получил магистерскую степень на факультете искусств Парижского университета, подумывал сделаться адвокатом, но предпочел свободный образ жизни. Первоевремя Дидро зарабатывал переводами. В 1743-48 гг. он перевел с английского «Историю Греции» Т. Стениана, «Опыт о достоинстве и добродетели» Э. Э. К. Шефтсбери, «Медицинский словарь» Р. Джеймса. Тогда же были написаны первые его работы, свидетельствовавшие не столько о зрелости, сколько о смелости начинающего автора: «Философские мысли» (1746), «Аллеи, или прогулка скептика» (1747), «Нескромные сокровища» (1748), «Письма о слепых в назидание зрячим» (1749). Вольнодумные сочинения Дидро послужили причинойего ареста и заключения в Венсеннский замок (июль-октябрь 1749). В начале 1740-х у парижского издателя А. Ф. Ле Бретона появилась идея перевести на французский язык «Энциклопедию, или Всеобщий словарь ремесел и наук» англичанина Э. Чемберса. Ле Бретон иего компаньоны после неудачного опыта с первым главным редактором аббатом Ж. П. Де Гуа де Мальвом решились в 1747 году доверить свое начинание Дидро и Д'Аламберу. Неизвестно, кому в точности - Дидро, Д'Аламберу или аббату де Гуа - принадлежала идея отказаться от публикации слегка измененной версии английского словаря и подготовить самостоятельное издание. Но именно Дидро придал «Энциклопедии» тот размах и полемический запал, который сделал ее манифестом эпохи Просвещения. На протяжении последующих 25 летДидро оставался во главе разросшейся до 28 томов (17 томов статей и 11 томов иллюстраций) «Энциклопедии». В 1772 первое издание «Энциклопедии» было в основном завершено; в ней сотрудничали, помимо Дидро (он написал около 6000 статей) и Д'Аламбера, такиегении Просвещения, как Руссо, Вольтер, Монтескье, Гольбах. Главные художественные произведения Дидро повесть «Монахиня» (1760, изд. 1796), роман-диалог «Племянник Рамо» (1762-1779, издан Гете в 1805 г.), роман «Жак-фаталист и его хозяин» (1773, изд. 1792). Кроме того, В 50-е годы Дидро опубликовал две пьесы: «Побочный сын или Испытания добродетели» (1757) и «Отец семейства» (1758). В 1765 году императрица Екатерина II приобрела библиотеку Дидро, выплатив хозяину 50 тыс. ливров и предоставив право пожизненного хранения книг в своем доме в качестве личного библиотекаря императрицы. В 1773 г. Дидро по приглашению Екатерины II посетил Россию. Он прожил в Петербурге с октября 1773 по март 1774 года, был избран иностранным почетным членом Петербургской Академиинаук (1773). По возвращении написал ряд сочинений, посвященных перспективам приобщения России к европейской цивилизации. Скептические высказывания в его «Замечаниях» на наказ Екатерины II (целиком изданы в 1921 г.) вызвали ярость Екатерины (рукопись быладоставлена в Петербург уже после смерти философа).
годы жизни: 5 октября 1713 31 июля 1784

Книги

Аудиокниги

Цитаты

nayabooksцитирует2 года назад
Мне казалось несколько странным, что одна и та же вещь исходит и от бога, и от дьявола, смотря по тому, с какой стороны монахиням вздумается на нее посмотреть. В религии есть много таких несообразностей, и часто, утешая меня, одни говорили, что мои мысли являются наваждением дьявола, а другие – что они внушены мне богом. Одно и то же зло исходит либо от бога, который испытывает нас, либо от дьявола, который нас искушает
nayabooksцитирует2 года назад
Разве монастыри так уж существенно необходимы для всякого государственного устройства? Разве это Иисус Христос учредил институт монахов и монахинь? Разве церковь не может обойтись без них совершенно? Зачем нужно небесному жениху столько неразумных дев, а роду человеческому – столько жертв? Неужели люди никогда не поймут, что необходимо сузить жерло той бездны, где гибнут будущие поколения? Стоят ли все избитые молитвы одного обола, подаваемого бедняку из сострадания? Может ли бог, сотворивший человека существом общественным, допустить, чтобы его запирали в келье? Может ли бог, создавший его столь непостоянным, столь слабым, узаконивать опрометчивые его обеты? И разве могут эти обеты, идущие вразрез со склонностями, заложенными в нас самой природой, строго соблюдаться кем-либо, кроме немногих бессильных созданий, у которых зародыши страстей уже зачахли и которых по праву можно было бы отнести к разряду уродов, если бы наши познания позволяли нам так же легко и ясно разбираться в духовном строении человека, как в его телесной структуре? Разве мрачные обряды, соблюдаемые при принятии послушничества и при пострижении, когда мужчину или женщину обрекают на монашество и на несчастье, – разве они искореняют в нас животные инстинкты? И, напротив, не пробуждаются ли эти инстинкты, благодаря молчанию, принуждению и праздности, с такою силой, какая неведома мирянам, отвлекаемым множеством развлечений? Где можно встретить умы, одержимые нечистыми видениями, которые неотступно преследуют их и волнуют? Где можно встретить глубокое уныние, бледность, худобу – все эти признаки чахнущей и изнуряющей себя человеческой природы? Где слышатся по ночам тревожные стоны, а днем льются беспричинные слезы, которым предшествует беспредметная грусть? Где природа, возмущенная принуждением, ломает все поставленные перед нею преграды, приходит в неистовство и ввергает человека в такую бездну разврата, от которой нет исцеления? В каком другом месте и печаль, и злоба уничтожили все общественные инстинкты? Где нет ни отца, ни брата, ни сестры, ни родных, ни друга? Где человек, считая себя явлением временным и быстропреходящим, относится к самым нежным узам в мире, как путник относится к встреченным в пути предметам, – без всякой привязанности к ним? Где обитают
v!цитирует2 года назад
Видимо, нам не хочется, чтобы нас выталкивали из этого мира, и, быть может, меня уже не было бы в нем, если б кто-нибудь делал вид, что хочет меня удержать. Возможно, что человек лишает себя жизни, желая привести в отчаяние своих близких, и что он сохраняет эту жизнь, когда видит, что смерть только обрадует их.

Впечатления

Marinaделится впечатлением18 дней назад
👍Советую

Максим Боднарчукделится впечатлением3 месяца назад
👍Советую

  • недоступно
  • Darya Bedinaделится впечатлением5 месяцев назад
    💡Познавательно
    👍Советую

    fb2epub
    Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз