Цитаты из книги «Повседневная жизнь в Северной Корее», Барбара Демик

И еще одна жестокая закономерность: первыми умирают самые порядочные, те, кто никогда не стал бы красть пищу, лгать, мошенничать, нарушать закон и предавать друзей. Об этом говорил итальянский писатель Примо Леви, переживший Освенцим. Им, спасенным, после войны не хотелось встречаться друг с другом, потому что каждому из них было чего стыдиться.
Самое ужасное началось тогда, когда объявили кампанию по сбору «ночных отходов» из туалетов многоквартирных жилых домов. В Северной Корее постоянно не хватало химических удобрений, а поголовье скота было небольшим, поэтому в качестве навоза использовались человеческие экскременты. Каждая семья должна была еженедельно наполнять ведро и нести его на склад, находящийся в нескольких километрах от дома. Человеку, выполнившему таким образом свой долг перед Родиной, выдавалась карточка, которая потом обменивалась на еду.
Людям, сбежавшим из тоталитарной страны, нелегко жить в свободном мире. Им приходится заново искать себя там, где перед ними открывается бесчисленное множество возможностей. Даже тем из нас, кто привык самостоятельно делать выбор, иной раз трудно бывает решить, где жить, чем заниматься или даже что надеть. Ну а тех, за кого всю жизнь все решало государство, необходимость выбирать буквально парализует.
Улицы и центральные площади задуманы в типичном для Москвы и других социалистических городов помпезно-величественном стиле, подчеркивающем ничтожность индивидуума в сравнении с мощью режима.
Северокорейским беженцам обычно трудно устроиться на новом месте. Людям, сбежавшим из тоталитарной страны, нелегко жить в свободном мире. Им приходится заново искать себя там, где перед ними открывается бесчисленное множество возможностей. Даже тем из нас, кто привык самостоятельно делать выбор, иной раз трудно бывает решить, где жить, чем заниматься или даже что надеть. Ну а тех, за кого всю жизнь все решало государство, необходимость выбирать буквально парализует.
Оказывается, у женщин существует менструальный цикл! Это многое объясняет.
И кто бы ни разглядывал космические снимки — специалисты из ЦРУ или ученые из университетов, — все они смотрят на Северную Корею издалека, не задумываясь о том, что в этой черной дыре, в унылой темной стране, где миллионы людей умирают от голода, есть еще и любовь.
Шпионить друг за другом в Северной Корее было чем-то вроде всеобщего хобби.
У Чон Сана больше не было ни денег, ни идей. Он уже начал задумываться о том, чтобы вернуться в Северную Корею, и, наверное, сделал бы это, если бы не открыл для себя Интернет.
Ей все еще хотелось думать, будто ее Родина — лучшее место в мире. Тогда вера, которую она взращивала в себе всю жизнь, оказалась бы не напрасной. Но теперь доктор Ким уже никак не могла отрицать факт, который был совершенно очевиден: собаки в Китае питались лучше, чем врачи в Северной Корее.
по пятницам после работы проводились собрания по самокритике. На этих собраниях Хи Сок и другие сотрудники ее отдела по очереди вставали и докладывали коллективу о своих ошибках (своеобразная коммунистическая версия католической исповеди). Госпожа Сон обычно совершенно искренне признавалась, что не уверена, достаточно ли усердно работала.
Хи Сок верила в то, что говорила. Все эти годы недосыпа, все эти лекции и собрания по самокритике уничтожали в человеке волю к сопротивлению так же эффективно, как средства, используемые для промывки мозгов при допросах.
Видимо, чувства бывают крепче, если их выражают в рукописных посланиях на дефицитных клочках бумаги, которые доставляют на медленных поездах, то и дело останавливающихся из-за нехватки топлива.
Многие проекты создавались в ГДР, а затем приспосабливались к корейским условиям
В букваре для первоклашек 2003 года издания есть стишок под названием «Куда мы идем?»:
Где мы?
Мы в лесу.
Куда мы идем?
Мы идем через горы.
Что мы будем делать?
Мы будем убивать японских солдат.
Один северокорейский солдат вспоминал парня, который где-то раздобыл американские маникюрные щипчики и хвастался ими перед товарищами. Солдат взял щипчики, остриг несколько ногтей, полюбовался острыми, чистыми лезвиями и поразился устройству этого простого механизма. А потом внезапно осознал: если в КНДР не могут сделать даже щипчиков, то как же конкурировать с американским оружием?
Один из товарищей дал Чон Сану брошюру по половому воспитанию, выпущенную китайским Министерством образования. Еще одно откровение! Чон Сан понял, что он и его неженатые друзья, которым уже исполнилось по двадцать лет, знают о сексе меньше, чем среднестатистический китайский школьник! Оказывается, у женщин существует менструальный цикл! Это многое объясняет.
Несколько месяцев назад всех студентов университета попросили сделать надрез на пальце и кровью подписать клятву о добровольном вступлении в Корейскую народную армию в случае войны. Естественно, все подчинились, хотя некоторые девочки не хотели сами себе резать пальцы.
Вплоть до этого момента она еще смутно надеялась, что китайцы такие же бедные, как и ее соотечественники. Ей все еще хотелось думать, будто ее Родина — лучшее место в мире. Тогда вера, которую она взращивала в себе всю жизнь, оказалась бы не напрасной. Но теперь доктор Ким уже никак не могла отрицать факт, который был совершенно очевиден: собаки в Китае питались лучше, чем врачи в Северной Корее.
он и его коллеги слушали неотредактированные новости заграничных СМИ и обрабатывали их для использования внутри страны. Что-либо хорошее, случавшееся в капиталистических странах, особенно в Южной Корее, где в 1988 году проводились Олимпийские игры, вымарывалось. Забастовки, природные катаклизмы, беспорядки, убийства и прочие безобразия подробно освещались.

Вуаля! Похожее на Новости на первом

В свое оправдание правительство КНДР выдумывало объяснения, которые варьировались от абсолютно абсурдных до почти правдоподобных. Народу говорили, что не за горами благословенный день объединения Кореи и необходимо создать запас продовольствия для голодающих южан.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз