Книги
Олег Ермаков

Радуга и Вереск

    Наталья Терентьевацитирует3 года назад
    Тихий щелчок. А на самом-то деле эта пасть ненасытная сожрала вид целиком, кусок этого февральского пространства с деревьями, корявым железом, домом. И какая-то часть жизни самого Косточкина ушла туда. Он всегда чувствовал это, испытывая необъяснимый кайф. Как осьминог, он разбрасывал щупальца, кадр отсекал их, и они начинали какую-то свою жизнь. В каждом кадре и была сокрыта его жизнь тоже. Он щелкнул еще раз, вгоняя свою плоть в пространство на горе, и услышал то ли тихий оклик, то ли всхлип, обернулся. У колонки стояла женщина в затертом, ветхом зеленоватом пальтишке, в вязаной темной шапке, с бледным лицом. Она набирала воду и ничего не говорила, но когда Косточкин, спрятав фотоаппарат, поравнялся с ней, спросила:
    — Что же вы это фотографируете?
    Голос у нее был грудной, странно задушевный, но звучал в нем упрек.
    — Что? — спросил он с деланным недоумением и начинающимся раздражением. Сколько уже у него было всяких стычек по этому
    Софья Рощупкинацитирует6 месяцев назад
    Россия — большая деревня
    Наталья Терентьевацитирует3 года назад
    На кадр работает то, что за кадром
    Наталья Терентьевацитирует3 года назад
    Нет Времени в часах, как Бога — в храме,
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз