Елена Бочоришвили

Голова моего отца

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
    rererererцитирует5 лет назад
    Почему она приняла первое увлечение за любовь? Как легко обмануть девочку, которая умеет только мечтать!
    rererererцитирует5 лет назад
    — Короткий роман, как поэма, только самые яркие моменты. Роман в стенограмме.
    — Почему в стенограмме? — возмутилась мать. — Напиши толстый роман! И тяжелый — чтобы им можно было орехи колоть!
    rererererцитирует5 лет назад
    всегда смотри, каков человек, когда выпьет, тогда узнаешь, кто он на самом деле
    rererererцитирует5 лет назад
    Нет женских мастеров, не существует! Даже те, кто думают, что они знают женщин, даже те, о которых думают, что они все знают, — ничего не понимают! Каждая женщина — неповторима! Каждый человек — неповторим!»
    rererererцитирует5 лет назад
    Самые важные в жизни решения нам приходится принимать в пору весны нашей.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Сейчас я знаю – детство длится очень долго. Потом быстро проходит жизнь и начинается старость. Старость – это время, когда вспоминаешь детство.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Отец говорил, что вера в светлое будущее умерла вместе со Сталиным, а страх развеял Хрущев. И странное дело: Сталина любили больше, чем Хрущева. Даже те, кто пострадал во время репрессий, даже те, кто отсидел. Хрущева, если не ошибаюсь, не любили вообще – он отнял веру и ничего не дал взамен.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    другу о своей любви.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Я думаю, что настоящая дружба между отцом и сыном начинается тогда, когда они могут рассказать друг
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Старость – это когда вспоминаешь себя счастливым, и плачешь.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Но от того, что люди работали вместе, им было весело. Они танцевали и любили. Я хочу объяснить, почему мы все же умудрялись быть счастливыми, живя в сером Советском Союзе. Мы были едины, мы были как один.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Как только война кончится, люди начнут болеть. Люди всегда болеют в мирное время».
    «Все болезни от нервов, – вставлял слово Отар, – только сифилис – от удовольствия!»
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Памятники, как и люди, жили столько же, сколько жила память о них.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Среди ее гостей был даже японец. Нет, он был канадец, но похож на японца, и потому его спрашивали: вы японец? Он говорил по-грузински. Он отвечал, что раз он родился в Канаде, то он канадец, хотя дед его – да, из Японии. Ему все заглядывали в рот, будто старались понять, откуда вылетают грузинские слова, будто это и не человек вовсе, а механическая кукла.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    относилась мудро: ошибся человек, с кем не бывает. Женится – исправится. И потом – все ведь можно вылечить! Для Гурами, например, Олико нашла старинный знахарский рецепт. Помогало, правда, мало.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Олико как ближайшая подруга Гурами Джикия наивность давно потеряла. К гомосексуализму она относи
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Женщины набирали воду из крана, обменивали сплетни, как валюту, а потом шли, семеня ножками, в общий вонючий туалет. И кухни были общими, и жизнь была общей. И на каждом этаже ссорились.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Старики остались хоронить молодых. Человек в берете повел отряд безоружных на войну. Это была война людей, потерявших гослинию, как руку старшего. И разделенных теперь – фразой, не более, – по религиозным, национальным, политическим или по каким-то еще соображениям.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    Самым унизительным в тюрьме, как казалось Деду, были не оскорбительные обвинения и ночные допросы. Не вонь переполненных камер. Не издевательства уголовников над политическими. А туалет. Эти две ступни в углу камеры, не отделенные даже занавеской. Когда справляешь нужду на виду у всех, перестаешь быть человеком.
    Anastasia Skomorokhovaцитирует5 лет назад
    остальном городе женщины с утра становились в очередь за хлебом и дети ходили в школу, волоча портфели. По ночам выстрелы звучали как плевки. Никто больше не открывал окно и не спрашивал, кого убили. На кладбище сторонников и противников сменяющихся правительств клали в землю рядом. Старики ходили на похороны молодых.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз