Книги
Евгений Замятин,Джордж Оруэлл

1984. Мы. С иллюстрациями

    b2079485685цитируетпозавчера
    И человечек — тончайший. Он весь как будто вырезан из бумаги, и как бы он ни повернулся — все равно у него только профиль, остро отточенный: сверкающее лезвие — нос, ножницы — губы.
    b2079485685цитируетпозавчера
    Единственное средство избавить человека от преступлений — это избавить его от свободы
    Denis Kuzinцитируетв прошлом месяце
    — Да, чудесно. Весна, — розово улыбнулась мне О-90.
    Denis Kuzinцитируетв прошлом месяце
    Вам предстоит благодетельному игу разума подчинить неведомые существа, обитающие на иных планетах — быть может, еще в диком состоянии свободы. Если они не поймут, что мы несем им математически безошибочное счастье, наш долг заставить их быть счастливыми.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Отчетливо осталось в памяти только одно: я дышал так громко, что слышал, как дышу, и все хотел как-нибудь потише — и не мог.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Мне было ясно: все спасены, но мне спасения уже нет, я не хочу спасения…
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Милый мой: ты — математик. Даже — больше: ты философ — от математики. Так вот: назови мне последнее число.
    — То есть? Я… я не понимаю: какое — последнее?
    — Ну — последнее, верхнее, самое большое.
    — Но, I, — это же нелепо. Раз число чисел — бесконечно, какое же ты хочешь последнее?
    — А какую же ты хочешь последнюю революцию? Последней — нет, революции — бесконечны.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Как рассказать то, что со мною делает этот древний, нелепый, чудесный обряд, когда ее губы касаются моих?
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    ветреный, лихорадочно-розовый, тревожный закат.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    о минуты — такие до смешного коротенькие, куцые — бегут, а мне нужно столько рассказать ей — все, всего себя
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    но только он написал записочку, отдал ее одному из державших меня — и я снова свободен, т. е., вернее, снова заключен в стройные, бесконечные, ассирийские ряды.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    быстро обклеила всего меня улыбками — по кусочку на каждую из моих трещин, — и я почувствовал себя приятно, крепко связанным.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    не говоря уже о том, что вообще неизвестное органически враждебно человеку, и homo sapiens — только тогда человек в полном смысле этого слова, когда в его грамматике совершенно нет вопросительных знаков, но лишь одни восклицательные, запятые и точки.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Во мне теперь очень тихо и пусто — как в доме, когда все ушли и лежишь один, больной, и так ясно слышишь отчетливое металлическое постукивание мыслей.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Что же, значит, эта нелепая «душа» — так же реальна, как моя юнифа, как мои сапоги — хотя я их и не вижу сейчас (они за зеркальной дверью шкафа)? И если сапоги не болезнь — почему же «душа» болезнь?
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Вчера лег — и тотчас же канул на сонное дно, как перевернувшийся, слишком загруженный корабль.
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    слышал свое пунктирное, трясущееся дыхание
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Весь мир — единая необъятная женщина, и мы — в самом ее чреве, мы еще не родились, мы радостно зреем
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Мы из влюбленного шепота волн — добыли электричество, из брызжущего бешеной пеной зверя — мы сделали домашнее животное: и точно так же у нас приручена и оседлана когда-то дикая стихия поэзии
    Людмила Юзьківцитируетв прошлом месяце
    Так приятно чувствовать чей-то зоркий глаз, любовно охраняющий от малейшей ошибки, от малейшего неверного шага.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз