Цитаты из книги «О положении вещей. Малая философия дизайна», Вилем Флюссер

Анна Латухова
Анна Латуховацитирует2 года назад
Аппарат будет делать только то, чего хочет человек, но и человек может хотеть лишь того, что в состоянии произвести аппарат
Natasha Klimchuk
Natasha Klimchukцитирует2 года назад
мир мифа – это одушевленный мир, в нем все живое, и все подвластно колесу судьбы. А наш мир – мир инерции, безжизненный, несмотря на то, что в нем присутствуют живые существа, и он катится вперед совершенно без всякой мотивации.
b5053090112
b5053090112цитирует10 месяцев назад
от что может служить определением искусства: это сообщение личного опыта, которое посредством восприятия само становится личным опытом.

Забавно

Тёма Циммер
Тёма Циммерцитирует2 года назад
Этот новый человек, функционер, связан с аппаратами тысячами зримых и незримых нитей: куда бы он ни шел, где бы ни сидел и не лежал, он является носителем аппаратов (или становится несомым этими аппаратами)
Тёма Циммер
Тёма Циммерцитирует2 года назад
В то же время существуют и противники войны. Им не нравится, что их убивают с помощью ракет (даже при том, что сами они затрудняются пояснить, какой способ убийства был бы для них предпочтительным).
Тёма Циммер
Тёма Циммерцитирует2 года назад
«Изящен будь, дизайнер, добр и ориентирован на потребителя»
Анна Латухова
Анна Латуховацитирует2 года назад
строится город, представляющий собой модель мира, в котором люди наконец могли бы вести осмысленную, созидательную жизнь, не испытывая материальных нужд
Анна Латухова
Анна Латуховацитирует2 года назад
так должен выглядеть и дом нового типа: как искривление межличностного пространства, «притягивающее» человеческие отношения.
Анна Латухова
Анна Латуховацитирует2 года назад
человек познает себя как существо, противостоящее бесформенной бессмыслице, которую представляет собой мир.
Natasha Klimchuk
Natasha Klimchukцитирует2 года назад
Наш экзистенциальный интерес очевидно смещается от вещей в сторону информации. Мы все менее заинтересованы в обладании вещами и все более – в потреблении информации. Не в том, чтобы приобрести еще одно платье, еще один предмет мебели, а в том, чтобы приобрести поездку, лучшее образование для наших детей, еще одно музыкальное событие в том месте, где мы живем. Вещи начинают смещаться на периферию нашей сферы интересов. Одновременно с этим все бóльшая часть общества занята производством информации, «сервисов», управлением и программированием и все меньшая – производством вещей. Пролетарии – производители вещей – становятся меньшинством, а функционеры и аппаратчики – производители не-вещей – составляют большинство.
Анна Латухова
Анна Латуховацитирует3 года назад
Способами преодолеть отчуждение являются знание (ассимиляция реальности посредством символа) и труд (гуманизация реальности посредством изменений, совершаемых с помощью применения к ней символов).
Repin Arthur
Repin Arthurцитируетпозавчера
Любое движение – это преступление, совершаемое вещами и людьми по отношению друг к другу и к вечному круговороту порядка – время же вершит свой круговорот для того, чтобы вина была искуплена, а люди и вещи вновь помещены на отведенные им места. При этом нет существенной разницы между людьми и вещами: и теми и другими движет желание нарушить порядок, и что те, что другие со временем временем же будут наказаны за свой проступок. Все на Земле, что движется, движимо неким мотивом, вдохновлено чем-то.
Repin Arthur
Repin Arthurцитируетпозавчера
В свое время физикам удалось доказать основополагающее единство материи и энергии чисто математически, не вдаваясь в глубинные подробности и не прибегая к мистицизму. Само собой разумеется, из этого следовало, что в распоряжении человека вдруг оказались неограниченные запасы энергии, которые можно было высвободить путем разрушения неограниченного количества материи. То, что благодаря этому выводу открылась также возможность создавать материю из энергии, то есть не только разрушать, но и созидать, естественно, стало очевидно лишь много позднее. Потенциальному беспредельному разрушению была поставлена одна-единственная, и то достаточно спорная граница, а именно – высокая стоимость запуска этого процесса. Поэтому поначалу удалось предотвратить возникновение ситуации, в которой один-единственный человек был бы способен уничтожить весь мир.
Repin Arthur
Repin Arthurцитируетпозавчера
Ввиду этого вопрос о дизайне маски носит интерсубъективный характер. Это означает, что тем, что я есть, я стал только в ходе всеобщего «диалога». Отсюда вывод: «Я» – не только носитель масок, но и дизайнер тех масок, что носят другие. Таким образом, я реализую себя не только во время танца с маской, но и в равной степени в процессе создания масок для других носителей, в котором я принимаю участие наравне с остальными. «Я» – это не только то, к чему обращаются, когда говорят «ты», но и то, что само говорит «ты». В то же время я могу создавать маски, только будучи в маске. Не то чтобы нас удовлетворил подобный ответ на вопрос о дизайне масок – скорее он, дает основания для постановки следующих вопросов. Но только подобная постановка вопроса и отличает нас от индейцев (в том числе и тех, что исполняют свой танец с масками вокруг нас самих, или тех, что торчат у экранов телевизоров в надежде почерпнуть идеи для масок оттуда). Дизайн – это в том числе и судьба, и подобная постановка вопроса является попыткой сообща взять собственную судьбу в свои руки, вместе придать ей форму.
Repin Arthur
Repin Arthurцитируетпозавчера
Таким образом, понятию «маска» возвращается его первоначальное экзистенциальное значение. Я тот, кто я есть, только когда я ношу определенную маску (исполняю определенный танец с маской), а другие представители того же племени распознают эту маску и признают меня в ней. Изначально набор масок был достаточно ограничен: существовали, к примеру, маска шамана, маска охотника, маска гомосексуала. Впоследствии их число увеличилось, и сегодня можно носить одну поверх другой: можно исполнять танец с маской директора банка, а под ней носить маски ценителя искусств, игрока в бридж и отца семейства. Если снимать маски одну за другой, словно чистишь луковицу, то в конце концов ничего не останется. Экзистенциальный анализ описывает данное явление следующим образом: «Я» – это то, к чему обращаются, когда говорят «ты».
Repin Arthur
Repin Arthurцитируетпозавчера
электронная керамика. Существуют аппараты, проецирующие на экраны компьютеров созданные из алгоритмов пустые, но при этом цветные формы – так называемые синтетические образы. Тот, кто видит подобные изображения – тот видит перед собой те самые несокрушимые пустые горшки, скрывающиеся за явлениями.
Repin Arthur
Repin Arthurцитируетпозавчера
а нам известно, что случай и намерение взаимозависимы)
Repin Arthur
Repin Arthurцитирует5 дней назад
Поскольку он не заинтересован в вещах, у него не может быть и проблем. Вместо них у него есть программы. Но и он при этом тоже человек: он смертен и знает об этом. Если мы умрем от таких вещей, как неразрешимые проблемы, то он – от таких не-вещей, как неработающие программы. Если так думать, нам будет легче его понять. Вторжение не-вещей в нашу среду – это радикальный переворот, не затрагивающий, однако, основной модус бытия, бытия-к-смерти: вне зависимости от того, рассматриваем ли мы сегодня смерть как «предельную вещь» или как не-вещь.
Repin Arthur
Repin Arthurцитирует5 дней назад
То, что происходит на наших глазах – то, что вещи смещаются на периферию нашей сферы интересов, а внимание приковывается к информации, – не имеет аналогов в истории. Поэтому возникает дискомфорт. Мы должны ориентироваться в этой среде, хотим в ней ориентироваться, стремимся обнаружить какие-то параллели, несмотря на беспрецедентность. Иначе как еще мы можем представить себе, что нам придется жить в подобного рода невещественном окружении? Что это будет за человек, который вместо того, чтобы взаимодействовать с вещами, будет взаимодействовать с информацией, символами, кодами, системами, моделями? Но одну параллель все же можно провести, а именно – с первой промышленной революцией. В тот момент интерес сместился от живой природы, лошадей и коров, крестьян и ремесленников к вещам, к машинам и продуктам машинного производства, рабочим массам и капиталу, и так сформировался «современный» мир, в котором мы и жили до недавних пор. В то время можно было со всей справедливостью утверждать, что крестьянин 1750 года нашей эры имел больше общего с крестьянином 1750 года до нашей эры, чем с собственным потомком – пролетарием 1780 года нашей эры, и сегодня происходит нечто подобное. У нас больше общего с рабочими и гражданами времен Французской революции, нежели с нашими собственными детьми, играющими с электронными гаджетами. Проведя такую параллель, мы не станем чувствовать себя комфортнее в ходе нынешнего переворота, однако это поможет нам овладеть ситуацией.
Repin Arthur
Repin Arthurцитирует5 дней назад
Способов решать проблемы было несколько: либо противящиеся вещи превращали в удобопереносимые – такой процесс назывался производством, – либо перешагивая через них, что именовалось прогрессом, пока в конце концов человек не сталкивался с проблемными вещами, которые нельзя было ни преобразить, ни преодолеть. Они именовались предельными вещами (22), конечными судьбами мира и человека, и при встрече с ними человек умирал. В этом заключалась вся парадоксальность жизни среди вещей: люди пребывали в уверенности, что им необходимо решать проблемы, чтобы освободить себе путь к смерти, или, как считалось, «освободиться от обстоятельств», однако умирали они именно от встречи с неразрешимыми проблемами. Звучит не очень обнадеживающе, но в общем и целом успокаивающе. Всегда ясно, чего в жизни следует придерживаться, а именно – вещей.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз