Уйти красиво. Удивительные похоронные обряды разных стран, Кейтлин Даути
Книги
Кейтлин Даути

Уйти красиво. Удивительные похоронные обряды разных стран

Евгения Сидельникова
Евгения Сидельниковацитирует7 месяцев назад
К 1950-м годам городские жители Мексики рассматривали Диас де лос Муэртос как устаревший фольклор, выживший только на окраинах цивилизованного общества.

Такое отношение неожиданно изменилось, когда из Соединенных Штатов в южные районы Мексики просочился Хэллоуин. В начале 1970-х годов мексиканские писатели и интеллигенция отзывались о Хэллоуине словами журналиста Марии Луизы Мендозы: «фиеста гринга с ведьмами на метлах и в остроконечных шляпах, с кошками и тыквами, о которых приятно почитать в детективах, но которые не имеют никакой связи с нашей культурой». Мендоза писала, что ее братья-мексиканцы закрывают глаза на детей, просящих пенни и моющих лобовые стекла машин для того, чтобы выжить, в то время как их богатые соседи, «наша буржуазия, подражающая техасцам, позволяет своим детям ходить по домам в нелепых нарядах и просить подаяние, которое они непременно получат».

В то же время ученый Клаудио Ломниц написал, что День мертвых «стал главным ориентиром для национального самоопределения», который «противостоит американизированному Хэллоуину». Те, кто однажды отказались от Диас де лос Муэртос (или жили там, где этот день никогда не праздновали), разглядели в этом празднике мексиканскую культуру. День мертвых не только вернулся в крупные города – я о тебе, парад из «Джеймса Бонда», – он также отразил борьбу групп, лишенных голоса в политике. Эти группы воспользовались Диас де лос Муэртос, чтобы оплакать тех, кто скрыт от глаз общественности, включая секс-работников, группы по защите прав аборигенов и геев, а также мексиканцев, которые умерли, пытаясь пересечь границу с США. В последние сорок лет Диас де лос Муэртос символизирует массовую культуру, туризм и протест. А Мексика увидела себя главной в мире по выражению искренней публичной скорби.
Vladislava Grin
Vladislava Grinцитируетв прошлом месяце
роявлять сочувствие – не значит связывать родственников по рукам и ногам в проявлении их скорби. Это значит дать им осмысленное задание.
Vladislava Grin
Vladislava Grinцитируетв прошлом месяце
На любую исполненную молитву можно смотреть как на совпадение или закономерность.
Danil Lumerz
Danil Lumerzцитирует2 месяца назад
– Боливия – небезопасная страна для женщин, и точка, – сказал Андрес. – Наша страна самая бедная в Южной Америке. У нас есть специальное слово феминисидио, которое обозначает убийство женщины, как правило, ее партнером, просто за то, что она женщина.
Danil Lumerz
Danil Lumerzцитирует2 месяца назад
В Иокогаме, втором по величине городе Японии, вы найдете ластель (это гибрид слов last – «последний» и hotel – «отель»). Иначе говоря, это последний отель, в котором вы когда-либо остановитесь… потому что вы мертвы. Это отель для мертвецов
Danil Lumerz
Danil Lumerzцитирует2 месяца назад
Полгектара земли может содержать больше тонны грибов, семьсот килограммов бактерий, четыреста килограммов дождевых червей, почти столько же членистоногих и водорослей и шестьдесят килограммов простейших. Земля буквально кишит жизнью, как и мертвое тело (будто колбаса в оболочке из кератина, то есть ороговевшей кожи). Микроскопическая магия творится с телом, уложенным всего в нескольких метрах под землей. Триллионы бактерий, живущих внутри нас, превращают наши внутренности в жидкость. Когда усиливающееся давление разрывает кожные покровы, происходит страстное слияние тела и земли.

Мы обязаны земле своими жизнями, и, как выразился Уильям Брайант Логан, «тела, которые мы возвращаем, – недостаточная плата». Однако, возможно, для начала и это неплохо.
Danil Lumerz
Danil Lumerzцитирует2 месяца назад
Французский антрополог Ноэли Вьяль так написал о системе питания во Франции, и это можно сказать почти о любой стране на Западе: «Забой должен стать промышленным; это масштабно и анонимно; он должен быть ненасильственным (в идеале – безболезненным); и он должен быть невидимым (в идеале – несуществующим). Должно быть так, будто его вовсе не существует».
Danil Lumerz
Danil Lumerzцитирует2 месяца назад
Если вы когда-нибудь подходили ближе чем на сто пятьдесят метров к современному похоронному бюро в США, то знаете, что гробовщики обожают цитату, которую приписывают Уильяму Гладстону, британскому премьер-министру XIX века:

Покажите мне, как нация обращается со своими покойными, и я с математической точностью расскажу вам о глубине сострадания этого народа, его уважении к законам земли и верности высшим идеалам.
Nastasja
Nastasjaцитирует2 месяца назад
Все, что окружает нас, происходит из мертвого, каждая частица городов и каждая частица каждого существа.
Stan Arkhipov
Stan Arkhipovцитирует3 месяца назад
Проявлять сочувствие – не значит связывать родственников по рукам и ногам в проявлении их скорби. Это значит дать им осмысленное задание. Сосредоточенно собирать палочками косточку за косточкой и укладывать их в урну, строить алтарь как приглашение духам прийти в гости, даже доставать тело из могилы, чтобы почистить и переодеть его: эти занятия дают скорбящим родственникам цель. А ощущение цели помогает скорбящим оплакать умерших. Оплакивание же помогает людям начать примиряться со смертью.
Ksenia Shnitkova
Ksenia Shnitkovaцитирует4 месяца назад
телу лучше обратиться в «белый прах», нежели в «гниющую массу»
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
Солнечный свет – лучший антисептик, как говорится. Неважно, сколько времени это займет, Запад должен проделать серьезную работу. Пора вытаскивать наши страхи, стыд и скорбь, связанные со смертью, на дезинфицирующий солнечный свет.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
Боливия – небезопасная страна для женщин, и точка, – сказал Андрес. – Наша страна самая бедная в Южной Америке. У нас есть специальное слово феминисидио, которое обозначает убийство женщины, как правило, ее партнером, просто за то, что она женщина.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
Как минимум четверть ньятитас доньи Эли – не столько черепа, сколько мумифицированные головы, а Сандра – настоящий шедевр. Это самая элегантная и хорошо сохранившаяся голова, которую я когда-либо видела, с пухлыми щечками и милой улыбкой. Кожа покрывает всю поверхность ее лица, включая губы, которые, кажется, весело улыбаются. Две толстые черные с проседью косы обвивают ее голову. Даже ее нос сохранился (что встречается редко и уже не дает возможности назвать ее «курносой»). Как истинная феминистка, Сандра специализируется на финансовых переговорах и бизнесе.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
Донья Эли жила в трех кварталах от главного кладбища города Ла-Пас, в невзрачном домике с потрепанной простыней вместо двери, на улице, вымощенной булыжником. Все дома на этой улице были похожи друг на друга: рифленые крыши, деревянные стены, бетонный пол. Но только в доме доньи Эли была полка с шестьюдесятью семью человеческими черепами в хлопковых шапочках, готовыми оказать внимание своим многочисленным страстным поклонникам.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
Эти черепа не принадлежали ни друзьям, ни родным доньи Эли. Они приходили к ней во снах и звали к себе, и тогда она шла на кладбища, рынки, места археологических раскопок или в медицинские школы и забирала их. Донья Эли – смотритель черепов. Она делает им подношения в обмен на помощь в чем угодно – начиная с диабета и заканчивая долгами.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
Когда Согэну Като в 2010 году исполнилось сто одиннадцать лет, он стал самым старым мужчиной в Токио. Власти пришли к Като домой, чтобы поздравить его с такой впечатляющей датой. Дочь Като не хотела их пускать и то заявляла, что он в постоянном вегетативном состоянии, то утверждала, что он пытается практиковать сокусинбуцу – древнее искусство самомумификации буддийских монахов.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
После кремации фрагменты скелета (целые) достают из машины. Западные крематории измельчают кости в пепел, но в японские традиции это не входит. Семья приходит в сюкоцу-сицу – комнату для собирания пепла и костей, где их ждет скелет умершего.
Семья вооружается палочками – одни бамбуковыми, другие металлическими. Главный скорбящий начинает со ступней, поддевает их и помещает в урну. Другие члены семьи присоединяются и продолжают выше по скелету. Череп не войдет в урну целиком, так что сотрудник крематория разбивает его на фрагменты поменьше с помощью металлической палочки. Подъязычная кость (подковообразная кость снизу челюсти) помещается в урну последней.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
Женское тело зачастую находится в сфере влияния мужчины, идет ли речь о наших репродуктивных органах, нашей сексуальности, весе или манере одеваться. В разложении есть некоторая свобода, когда тело становится далеким от порядка, хаотичным и диким. Я уже предвкушаю, каким будет мой будущий труп.
Olga Gryadunova
Olga Gryadunovaцитирует4 месяца назад
В Торадже до похорон тело содержат дома. Звучит не так уж и шокирующе, если не знать, что это может продолжаться от нескольких месяцев до нескольких лет. Все это время члены семьи мумифицируют покойника и заботятся о нем: приносят еду, меняют одежду и разговаривают с ним.
В свой первый визит в Тораджу Пол спросил Агуса, насколько это необычно – держать умершего родственника в доме. Агус рассмеялся в ответ.
– Когда я был ребенком, мой дедушка оставался в нашем доме семь лет. Мы с братом спали с ним в одной кровати. Утром мы его одевали и ставили к стене. Ночью он возвращался в постель.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз