Книги
Григорий Джаншиев

Эпоха великих реформ. Исторические справки. В двух томах. Том 2

Роман Петуховцитирует3 года назад
Земля русская велика и обильна, и чего-чего только в ней нет! В летописях ее записаны события недавние и едва ли где слыханные: это – бунт крестьян, наделяемых «правами граждан» при помощи штыков (так было в 1836 г. при «образовании» гор. Царева), или мещан, наказываемых при содействии военной команды, в качестве рецидивистов – за возвращение к хлебошеству, как например, в 1858 г. в Сольцах, Псков, губ., и в 1860 г. в Спасске, Рязанской губ.
Роман Петуховцитирует3 года назад
усские «казенные» или «штатные» города вызваны к жизни административным гением, его потребностями и удобствами, его соображениями о необходимости известного положенного «по штату» числа городов, создавшихся не то для симметрии, не то для оживления тоскливого однообразия сплошной белизны карты России. Екатерина II не без гордости указывала на то, что ею создано по Учреждению о губерниях 1775 г. ни мало ни много 216 городов! Можно бы поистине дивиться этому сверхъестественному государственному зиждительству, если бы на поверку результаты этого законодательного «fiat», «да бысть», не оказывались крайне скромными, если не ничтожными. Когда пред изданием Городового Положения 1870 г. правительство приступило к изучению быта городов[196], то в результате его получились следующие любопытные, но несколько неожиданные данные. Из 595 городских поселений Европейской России только 1/6 часть их могла быть признана по занятиям жителей чисто промышленными пунктами, 1/3 полупромышленными, полуземледельческими, остальные города, т. е. половина, чисто земледельческими или занимающимися отхожими промыслами.
Роман Петуховцитирует3 года назад
Как известно из истории русских городов, большинство из них обязано своим происхождением «бюрократическому» творчеству. На Западе города создавались потребностями жизни, как оплот против феодального поземельного дворянства, как место разделения труда сельского и городского и место средоточия зачинавшейся в «бургах» промышленной, торговой и умственной городской жизни
Роман Петуховцитирует3 года назад
Задуманное в эпоху великих реформ, Городовое Положение 16 июня 1870 г., правда, и не дожило даже до 25-летия, но собственно принцип или идея бессословного городского самоуправления в России считает уже за собою более ста лет, если не процветания, то кое-какого худосочного существования
Роман Петуховцитирует3 года назад
Общий план городского общественного, т. е. бессословного самоуправления, начертанный этим замечательным законодательным актом, названным «Жалованною Грамотою на право и выгоды городам империи»
Роман Петуховцитирует3 года назад
Если обратиться к истории царствования Екатерины II и всего последующего времени господства крепостного права, то ясно увидим, что в эту эпоху централизации и безраздельного господства бюрократического произвола, крайнего, резкого сословного антагонизма и расчленения общества, с его неизбежным делением на привилегированных и «подлых», податных и неподатных, изъятых и неизъятых от телесных наказаний, почва была непригодна для зарождения самоуправляющихся на началах равноправности горожан, городских общин и вообще развитой городской жизни.
Роман Петуховцитирует3 года назад
К сожалению, отчасти недостаточная определенность постановлений Екатерининской великой хартии, отчасти наступление жестокой реакции в последующее царствование Павла I, главным же образом несоответствие рациональных начал Грамоты 1785 года господствующим бюрократическим взглядам и бытовым условиям русской жизни привели к тому, что благодетельная, по выражению Государственного совета, реформа Екатерины далеко не принесла всей ожидаемой от нее пользы.
Роман Петуховцитирует3 года назад
Достаточно припомнить начало 80-х гг., разгар бешеного натиска времен Каткова против Судебных Уставов, вызвавшего смелую и честную отповедь со стороны Аксакова (см. выше), недостойную травлю суда присяжных, предпринятую в 89 г., как раз пред судебным юбилеем, «Московскими Ведомостями», которые в дикой расправе обезумевшей уличной толпы американцев усматривали «кровавый приговор над самим судом присяжных»51.
Роман Петуховцитирует3 года назад
но более искренние почитатели Судебных Уставов в науке и журналистике, не так поступали неутомимые защитники принципов судебной реформы: «Вестник Европы», «Журнал Гражданского и Уголовного Права», «Юридический Вестник», «Судебная Газета», «Русь»[166] и др., из коих в первом неутомимый знаменитый наш публицист К. К. Арсеньев, а во втором сам редактор В. М. Володимиров шаг за шагом обороняли с большим знанием, энергиею и мужеством основы судебной реформы от яростных нападок «литераторов-гасильников»
Роман Петуховцитирует3 года назад
Сословное деление общества в отношении к реформе городского управления не практично, даже вредно, ибо разрывая основную связь общества сословным разделением, мы тем самым вводим вредные для общего блага столкновения наших интересов и взаимное их противодействие. Гораздо справедливее и практичнее было бы принять единство наших интересов за основание общественного благоустройства… Сословное разграничение для дел общих нарушает ту живую связь, которая всегда присуща действительной жизни. Вообще сословное начало дает свой особый узкий тон делам общего городского управления.
Отзывы членов Могилевской и Самарской городских комиссий (1862)
Роман Петуховцитирует3 года назад
Дальнейшее процветание нового суда возможно только при верности его своим либеральным основным началам: иначе это будет не новый суд в истинном его значении, а, как выразился М. Н. Катков, «одно только мерцание, лишенное сущности, призрак, готовый исчезнуть» или, по сильному выражению Аксакова, «балаганный спектакль чего-то нового». К Судебным Уставам 20 ноября 1864 г. вполне было применимо правило: Sint ut sunt aut non sint!
Роман Петуховцитирует3 года назад
«Действие учреждений, – писал г. Победоносцев в декабре 1861 г. при редактировании либеральных основ судебной реформы, – зависит от людей, но вместе с тем нельзя упускать из вида, что и люди образуются в духе тех или других учреждений, и что есть такие учреждения, при действии коих нельзя ожидать развития людей в том направлении и духе, которому учреждения не соответствуют»
Роман Петуховцитирует3 года назад
Аксаков доказывал, что в нем, в этом именно духе независимости, заключается основной смысл судебной реформы. «Этот дух, – писал Аксаков в „Москве“ от 2 февраля 1867 г., – самое дорогое во всем судебном преобразовании; отнимите его от нового суда, и от него останется одна мертвая форма, один балаганный спектакльчего-то нового, что в сущности, пожалуй, даже выйдет хуже разлагающегося старого»
Роман Петуховцитирует3 года назад
Создалось, можно сказать, почти вновь обеспечение каждому русскому тех прав, которые ему даны законом. Закон всегда был, но было такое положение, что каждый сильный человек имел право говорить: законы для того и пишутся, чтобы слабый не тягался с сильным. Закон всегда был, но не было правосудия. Суд и волокита, суд и разорение, суд и подкуп, суд и крючкотворство – вот с какими понятиями сочетался тогдашний суд… И вдруг, вместо этого 25 лет тому назад действительно правда и милость засияли в нашем суде. Россия словно бы очутилась на другой планете, словно бы совершилось с нею какое-то дивное превращение
Роман Петуховцитирует3 года назад
В этом смысле и можно и должно называть новый суд учреждением либеральным, и в этом именно смысле, как совершенно верно указал еще М. Н. Катков, судебная реформа 1864 г. была «не столько реформой, сколько созданием судебной власти»[158]. Поясняя это, на первый взгляд парадоксальное, но в сущности совершенно верное положение, тот же публицист указывал, что «хотя и до 1866 г. существовали суды, но это были суды только по названию, потому что они, будучи лишены всякой самостоятельности, были только придатком администрации»[159].
Роман Петуховцитирует3 года назад
этом смысле и можно и должно называть новый суд учреждением либеральным, и в этом именно смысле, как совершенно верно указал еще М. Н. Катков, судебная реформа 1864 г. была «не столько реформой, сколько созданием судебной власти»[158]. Поясняя это, на первый взгляд парадоксальное, но в сущности совершенно верное положение, тот же публицист указывал, что «хотя и до 1866 г. существовали суды, но это были суды только по названию, потому что они, будучи лишены всякой самостоятельности, были только придатком администрации»[159].
Роман Петуховцитирует3 года назад
После падения крепостного права, налагавшего, по справедливому замечанию Государственного Совета, свой отпечаток на все отправления государственной жизни[155], стала на очередь судебная реформа. Для осуществления ее ничего более не оставалось, как отказаться совершенно от существующей системы судоустройства и судопроизводства, от «административных гарантий» и обратиться к прямо противоположной системе, выработанной опытом цивилизованных народов.
Роман Петуховцитирует3 года назад
Когда рядом с провозглашением благородной цели водворения правды устанавливалось келейное, бумажное, инквизиционное судопроизводство, с полным упразднением судейской самостоятельности; когда административный произвол возводился в «перл создания»; когда даже люди науки говорили с университетских кафедр о вреде гласности, о необходимости системою утонченных инквизиторских приемов[150] добиваться сознания подсудимого, – нечего было ждать водворения законности и правосудия.
Роман Петуховцитирует3 года назад
Но зачем уходить вглубь времен для иллюстрации мысли, что не всякие средства, установленные в интересах торжества правосудия, ео ipso ведут к достижению его?
Роман Петуховцитирует3 года назад
В науках политических и юридических не тот исполняет свою обязанность, кто умеет «мудро помолчать» в такое время, когда следует говорить, а кто решается в нужную минуту сказать прямое слово, хотя бы оно было и неприятно для общества. Наука не дипломатическое искусство, и откровенная речь здесь имеет больше значения, чем «тактичное» молчание. Цель науки-истина; стремясь к ней, можно по временам впадать в заблуждение, но в науке не должны иметь применения аксиомы житейского savoir faire.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз