Цитаты из книги «О чем речь», Ирина Левонтина

Илья
Ильяцитирует4 года назад
У многих людей такое странное представление, будто где-то существуют некие незыблемые языковые нормы, записанные на скрижалях какого-то небесного Розенталя, и каждый человек должен этим нормам следовать, если только он хочет хорошо владеть русским языком. Культура речи при таком подходе – это список как-не-надо-говорить, который нужно вызубрить.
Дмитрий Безуглов
Дмитрий Безугловцитирует4 года назад
Есть старый анекдот. Человек в поезде читает книгу, поминутно восклицая: «Ух ты!», «Вот это да!», «Не может быть!» Наконец кто-то из попутчиков не выдерживает: «Простите, а что это вы такое увлекательное читаете?» Тот показывает обложку: «Орфографический словарь».
Daria Pichugina
Daria Pichuginaцитирует3 года назад
Мы самонадеянно считаем, что владеем языком. На самом деле это язык владеет нами.
Elena Shmaraeva
Elena Shmaraevaцитирует4 года назад
Латынь у меня вел знаменитый Н. А. Федоров. Я вспоминаю такой эпизод. Девочку из моей группы вызывают к доске спрягать латинский глагол. Дело идет с трудом, и вот она пишет явно неправильную форму. Я, отличница, думаю, что, мол, ошибка и как бы ей ловчее подсказать правильный вариант. В этот момент Федоров оборачивается к доске, задумчиво смотрит на ошибку и говорит: «Такая форма, пожалуй, могла бы встретиться, но разве что где-нибудь у Плавта…» (Поясню, что в комедиях Тита Макция Плавта, III–II век до н. э., очень разговорный латинский язык.) Мне это показалось забавным, и я запомнила. Много позже я поняла, что ученый не смотрит на мир глазами отличника, которому все заранее ясно
Дмитрий Безуглов
Дмитрий Безугловцитирует4 года назад
И вот мамаша говорит: «Ястреб». Дочка тут же отзывается: «Палка». Мать раздраженно отвечает: «Да неужели ты не слышишь: ястреБ! Б! Б!» Мне стоило некоторого труда подавить в себе желание осторожно указать ей на то, что ребенок-то как раз слышит, а вот у нее самой уши уже отсохли в результате овладения навыками письменной речи. Разумеется, в слове ястреб на конце произносится глухой согласный звук «п». И слово дуб произносится как дуп, а круг – как крук. Девочка еще не знает, что там пишется по правилам, зато слышит, что произносится на самом деле. Это касается не только фонетики. Многие взрослые утрачивают способность решать детские задачки «на сообразительность» – видимо, потому, что привыкают мыслить шаблонно.
Дмитрий Безуглов
Дмитрий Безугловцитирует4 года назад
Происходит подмена: идея, что любое мнение ценно, подменяется идеей, что все мнения ценны одинаково.
Nastasia Makarenko
Nastasia Makarenkoцитирует4 года назад
Срезают лазером сосули,
В лицо впиваются снежины.
До остановы добегу ли,
В снегу не утопив ботины?

А дома ждет меня тарела,
Тарела гречи с белой булой;
В ногах – резиновая грела,
И тапы мягкие под стулом
Катя Шестимерова
Катя Шестимеровацитирует3 года назад
Да и закончить речь непросто, именно поэтому люди так часто в конце фразы прибавляют ни к селу ни к городу: во-о-о-т или еще что-нибудь в этом роде. Скажем, как в русском переводе «Над пропастью во ржи» – трогательно-беспомощное и все такое… Сейчас, кстати, в моде вариант вот это все…, до него – как-то так…
Daria Pichugina
Daria Pichuginaцитирует3 года назад
Общество упорно отказывается дать свидетельство своей толерантности по отношению к людскому разномыслию, разночувствию и разностремлению, а в то же время само в собирательном составе своем не обнаруживает, чтобы оно опиралось на твердой почве самостоятельных мнений, и в несогласном шуме своем напоминает лишь ветром колеблемые трости (Н. С. Лесков. Русские общественные заметки, 1869).
Tina
Tinaцитирует3 года назад
бархатистое вино, маслянистое, гибкое вино, животное вино (обладающее букетом ароматов кожи, мускуса, дичи), мягкое вино, уравновешенное вино, вяжущее, нервное вино, агрессивное, округленное вино.
Nadya B
Nadya Bцитирует3 года назад
Ну хорошо, вот есть два слова – терпимость и толерантность. Но язык не терпит дуплетов. И они сразу начинают как-то притираться, распределять сферы влияния, диссимилироваться. А как они распределяются – это вообще-то довольно предсказуемо. Когда одно и то же в русском языке обозначается и русским словом, даже если это и калька с иностранного, и заимствованием, то можно предположить, что первое будет дрейфовать в направлении чего-то исконного, а также внутреннего, связанного с чувствами, искреннего и относящегося скорее к отдельному человеку, а второе будет осмысленно как что-то несколько чуждое, связанное с поведением, возможно, фальшивое, а также скорее социальное. Например, верность и преданность – это в душе конкретного человека, а лояльность – в поведении, возможно и лицемерном, и это нечто более общественное. Когда слово лояльность только появилось в русском языке, этого в нем не было.
Так примерно и вышло с терпимостью и толерантностью. Сейчас очень часто противопоставляют плохую толерантность хорошей терпимости. Вот типичный заголовок статьи: «Толерантность: терпимость или вседозволенность?» Многие люди говорят: ненавижу толерантность, потому что толерантность значит «Моя хата с краю, ничего не знаю». Другие говорят: не надо учить детей толерантности, толерантность – это пораженчество. Толерантность часто связывают с равнодушием, опять-таки по контрасту с терпимостью. В терпимости очень ясно ощущается глагол терпеть, в частности, возникает ассоциация с другим его значением: терпеть боль. Мол, мы, страдая, терпеливо выносим недостатки других людей, как терпят боль, холод, голод. Соответственно в случае толерантности мы не то что терпим, а просто ничего не чувствуем.
Дмитрий Безуглов
Дмитрий Безугловцитирует4 года назад
По улице Горького – что за походка! –
Красотка плывет, как под парусом лодка,
А в сумке «модерной» впритирку лежат
Пельмени, Есенин, рабочий халат.
Дмитрий Безуглов
Дмитрий Безугловцитирует4 года назад
Сын друзей вот сказал своей маме, не обнаружив утром в школьных брюках ремня: «Братюнь, чё за негатив?»
Дмитрий Безуглов
Дмитрий Безугловцитирует4 года назад
Как известно, в русской культуре, вообще склонной к разного рода дуальностям, и некоторые писатели ходят парами: Толстой – Достоевский, Ахматова – Цветаева, Пастернак – Мандельштам. Ну, Пушкин, правда, на особом положении: ему часто приписывают все, написанное русскими поэтами.
Дмитрий Безуглов
Дмитрий Безугловцитирует4 года назад
То есть очень возможно, что человек закупает поребрик, а спотыкается о бордюр.
smirnova1606
smirnova1606цитирует4 года назад
артель Напрасный труд
Margarita Kalinka
Margarita Kalinkaцитирует4 года назад
Один из столпов лингвистической прагматики Г. П. Грайс выделил четыре принципа речевого общения (коммуникативные постулаты): 1) количества (требование информативности высказывания); 2) качества (требование истинности); 3) отношения (соответствие высказывания теме коммуникации); 4) способа (требование ясности – однозначности, упорядоченности и т. п.). Грайс называет это Принципом Кооперации.
Margarita Kalinka
Margarita Kalinkaцитирует4 года назад
Ну хорошо, вот есть два слова – терпимость и толерантность. Но язык не терпит дуплетов. И они сразу начинают как-то притираться, распределять сферы влияния, диссимилироваться. А как они распределяются – это вообще-то довольно предсказуемо. Когда одно и то же в русском языке обозначается и русским словом, даже если это и калька с иностранного, и заимствованием, то можно предположить, что первое будет дрейфовать в направлении чего-то исконного, а также внутреннего, связанного с чувствами, искреннего и относящегося скорее к отдельному человеку, а второе будет осмысленно как что-то несколько чуждое, связанное с поведением, возможно, фальшивое, а также скорее социальное. Например, верность и преданность – это в душе конкретного человека, а лояльность – в поведении, возможно и лицемерном, и это нечто более общественное. Когда слово лояльность только появилось в русском языке, этого в нем не было.
Так примерно и вышло с терпимостью и толерантностью. Сейчас очень часто противопоставляют плохую толерантность хорошей терпимости.
Дмитрий Веснин
Дмитрий Веснинцитирует4 года назад
Особенно же меня тронуло интервью режиссера Юрия Норштейна. Чудесно, когда человек настолько равен себе. Среди самых важных слов Норштейн называет пространство, мироздание, мироощущение, возвышение. Он говорит:
– Я люблю слово милый, употребляю его по разным поводам, причем даже в снисходительной форме. Слово деточка произношу. Я люблю слова – небо, дерево, сумрак, чудный, волглый, лицо, лик, товарищ (не люблю господин), порядочность, путь, дорога, купол, свод, воодушевление, собака, очень мне нравится слово листобой.
Владимир
Владимирцитирует4 года назад
Чувства – как Burberry – или настоящие, или не надо…
Секс – как Henry Lloyd – много не бывает…
Клубы – как Lacoste – дорого и пафосно…
Алкоголь – как Ben Sherman – только в меру…
Скромность – как Fred Perry – украшает…
bookmate icon
Тысячи книг — одна подписка
Вы покупаете не книгу, а доступ к самой большой библиотеке на русском языке.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз