День опричника, Владимир Сорокин
Книги
Владимир Сорокин

День опричника

Читать
настя
настяцитирует2 года назад
Хорошо, когда снег! Он срам земной прикрывает.
Богемная Буржуазия
Богемная Буржуазияцитирует5 лет назад
В те стародавние времена
на Руси Святой ножей не было,
посему мужики говядину хуями разрубали.
Anastasiya Shmatkova
Anastasiya Shmatkovaцитирует5 лет назад
Хороша была идея отца Государева, упокойного Николая Платоновича, по ликвидации всех иноземных супермаркетов и замены их на русские ларьки. И чтобы в каждом ларьке – по две вещи, для выбора народного. Мудро это и глубоко. Ибо народ наш, богоносец, выбирать из двух должен, а не из трех и не из тридцати трех. Выбирая из двух, народ покой душевный обретает, уверенностью в завтрашнем дне напитывается, лишней суеты беспокойной избегает, а следовательно – удовлетворяется. А с таким народом, удовлетворенным, великие дела сотворить можно.
Samer Fatayri
Samer Fatayriцитирует4 года назад
Бздёхом-то русским можно и города европейские отапливать!
Антон Юркин
Антон Юркинцитирует4 года назад
к евреям всегда спокойно относился. Отец мой упокойный тоже жидоедом не был. Говаривал, бывалоча, что каждый, кто играет на скрипке более 10 лет, автоматически евреем становится.
Pyankov
Pyankovцитирует5 лет назад
Когда плохо на душе, когда враги одолевают, когда круги злокозненные сужаются – забежишь на минутку в Третьяковку, подойдешь к великому полотну, глянешь: сани с боярыней непокорной едут по снегу русскому, мальчик бежит, юродивый двуперстие воздымает, ямщик скалится… И пахнёт на тебя со стены Русью. Да так, что забудешь про все злободневное, суетное. Русский воздух вдыхают легкие. И больше ничего не надобно. И слава Богу…
Anastasia Burmistrova
Anastasia Burmistrovaцитируетв прошлом году
– Что с Россией будет?
Молчит, смотрит внимательно.
Жду с трепетом.
– Будет ничего.
Svyatoslav
Svyatoslavцитирует4 года назад
– Почему этот рифмоплет называет русскую княгиню маркизой?
– Не ведаю, Государь… Вероятно, из ненависти к России.
Anastasia Burmistrova
Anastasia Burmistrovaцитируетв прошлом году
Изящная словесность – это тебе не мотоцикл!
Anastasia Burmistrova
Anastasia Burmistrovaцитируетв прошлом году
Минимализьм, парадигма, дискурс, конь-септ-уализьм… С раннего детства слышу я слова сии. Но что они означают – так до сих пор и не понял.
Anastasia Burmistrova
Anastasia Burmistrovaцитируетв прошлом году
Первый канал передает книгу какого-то Рыкунина “Где обедал Деррида?” с подробнейшим описанием мест питания западного философа во время его пребывания в постсоветской Москве. Особенное место в книге занимает глава “Объедки великого”. На втором канале – двадцатипятилетний юбилей выставки “Осторожно, религия!”. Медалью “Пострадавшим от РПЦ” награждают какую-то старушку, участницу легендарной мракобесной выставки. Дрожащим голоском бабуля пускается в воспоминания, лепечет про “бородатых варваров в рясах, рвущих и крушащих наши прекрасные, чистые и честные работы”. По третьему каналу идет дискуссия Випперштейна и Онуфриенко о клонировании жанра Большого Гнилого Романа, о поведенческой модели Сахарного Буратино, о медгерменевтическом адюльтере. На четвертом некто Игорь Павлович Тихий всерьез рассуждает об “Отрицании отрицания отрицания отрицания” в романе А. Шестигорского “Девятая жена”. На пятом басит Барух Гросс про Америку, ставшую подсознанием Китая, и про Китай, ставший бессознательным России, и про Россию, которая до сих пор все еще является подсознанием самой себя. Шестой канал отдан щенкам человека-собаки, известного “художника” в годы Белой Смуты. Щенки воют что-то о “свободе телесного дискурса”. И наконец, седьмой канал этого паскудного радио навсегда отдан поэзии русского минимализьма и конь-септ-уализьма. Свои стихи, состоящие в основном из покашливаний, покрякиваний и междометий, мрачновато-обреченным голосом читает Всеволод Некрос:
бух бах бох –
вот вам Бог.
бих бух бах –
вот вам Бах.
пиф паф пах –
вот вам Пах.
И этого достаточно.
Anastasia Burmistrova
Anastasia Burmistrovaцитируетв прошлом году
Лежат все наши три газеты: “Русь”, “Коммерсантъ” и “Возрождение”.
Luke Lukshenko
Luke Lukshenkoцитируетв прошлом году
Охуенный удар невъебенного топора пришелся в самое темя триждыраспронаебаной старухи, чему пиздато способствовал ее мандаблядски малый рост. Она задроченно вскрикнула и вдруг вся как-то пиздапроушенно осела к непроебанному полу, хотя и успела, зассыха гниложопая, поднять обе свои злоебучие руки к хуевой, по-блядски простоволосой голове…
Ekaterina Kulakova
Ekaterina Kulakovaцитирует2 года назад
Здраствуй, душегуб.
Она так всех нас, опричных, именует. Но не с порицанием, а с юмором.
Ekaterina Kulakova
Ekaterina Kulakovaцитирует2 года назад
Глядь, напротив Университета старого кого-то сечь собираются. Интересно. Притормаживаю, подруливаю. На этом месте секут интеллигенцию.
Ekaterina Kulakova
Ekaterina Kulakovaцитирует2 года назад
Страшен гнев Государев. А еще страшнее, что никогда Государь наш голоса не повышает.
Ekaterina Kulakova
Ekaterina Kulakovaцитирует2 года назад
Государева воля — закон и загадка. И слава Богу.
Ekaterina Kulakova
Ekaterina Kulakovaцитирует2 года назад
Хороша жена у Ивана Ивановича: стройна телом, лепа лицом, сисяста, жопаста, порывиста.
Ekaterina Kulakova
Ekaterina Kulakovaцитирует2 года назад
Горохова тогда, как и положено, сперва мордой по навозу вывозили, потом рот ассигнациями набили, зашили, в жопу свечку воткнули да на воротах усадьбы повесили. Семью трогать было не велено. А имение мне отписали. Справедлив Государь наш. И слава Богу.
Милана Имамниязова
Милана Имамниязовацитирует2 года назад
Мне все равно – страдать иль наслаждаться
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз