Олег Лекманов

Осип Мандельштам: ворованный воздух. Биография

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
    Дина Кравченкоцитирует5 лет назад
    И до чего хочу я разыграться –
    Разговориться – выговорить правду –
    Послать хандру к туману, к бесу, к ляду, –
    Взять за руку кого-нибудь: будь ласков, –
    Сказать ему, – нам по пути с тобой…
    Nina Shteyngartцитирует4 года назад
    «О Пастернаке говорил: “Я так много думал о нем, что даже устал”
    Леонид Алеевцитирует4 года назад
    Тишина слилась в моей квартире
    С всесоюзной тишиной.
    Я назвал бы первым чудом в мире
    То, что Сталин говорил со мной.

    Не со мной одним. Пришли к беседе
    Мой сынишка, мать, моя жена,
    Все знакомые и все соседи,
    Все товарищи и вся страна
    asanisimasaцитирует2 месяца назад
    Мандельштам – подлинный «виртуоз противочувствия»[198]
    asanisimasaцитирует2 месяца назад
    Мандельштама) (I: 180) между «звездным» и «земным». Иными словами, звезды становятся в стихотворении «Нет, не луна, а светлый циферблат…» своими, потому что и метафизика в понимании поэта – своя, она не отменена, а уравновешена любовью к Земле.
    asanisimasaцитирует2 месяца назад
    Так поэт приблизил к Земле недосягаемую метафизическую даль. В его понимании акмеизм – это прежде всего не противопоставление «звездного» «земному», «млечному», а «живое равновесие» (цитата из самого
    Alina Glazkovaцитирует2 года назад
    Я счастлив жестокой обидою,
    И в жизни, похожей на сон,
    Alina Glazkovaцитирует2 года назад
    Я счастлив жестокой обидою,
    И в жизни, похожей на сон,
    Alina Glazkovaцитирует2 года назад
    Я каждому тайно завидую
    И в каждого тайно влюблен.
    «Из омута злого и вязкого…»
    Maryana Zakharovaцитирует3 года назад
    Мандельштамом и его молодой женой Марина Ивановна Цветаева. Из воспоминаний Надежды Яковлевны: «В результате равнодушия друг к другу, предвзятого отношения и коллекции вздорных характеров никто из нас не сумел сказать ни единого человеческого слова или, как говорили в старину, разбить лед. Мы все нахохлились и сами себя обокрали»
    Maryana Zakharovaцитирует3 года назад
    том, что ее чувства к Мандельштаму отпылали. «Конечно, он хороший, я его люблю, – писала она, – но он страшно слаб и себялюбив, это и трогательно, и расхолаживает. Я убеждена, что он еще не сложившийся душою человек, и надеюсь, что когда-нибудь – через счастливую ли, несчастную ли любовь – научится любить не во имя свое, а во имя того, кого любит. Ко мне у него, конечно, не любовь, это – попытка любить, может быть и жажда
    b8212247000цитирует3 года назад
    Я получил блаженное наследство –
    Чужих певцов блуждающие сны;
    b8212247000цитирует3 года назад
    Страшно подумать, что наша жизнь – это повесть без фабулы и героя, сделанная из пустоты и стекла, из горячего лепета одних отступлений, из петербургского инфлуэнцного бреда
    b8212247000цитирует3 года назад
    Снег пахнет яблоком, как встарь.
    Мне хочется бежать от моего порога.
    Куда? На улице темно,
    И, словно сыплют соль мощеною дорогой,
    b8212247000цитирует3 года назад
    Хочу тебе служить,
    От ревности сухими
    Губами ворожить.
    b8212247000цитирует3 года назад
    Разночинцу не нужна память, – утверждал сам автор “Шума времени”, – ему достаточно рассказать о книгах, которые он прочел, – и биография готова» (II: 384).
    Кирилл Чернышевцитирует3 года назад
    На допросе Осип Эмильевич прервал следователя: “Скажите лучше, невинных вы выпускаете или нет?..”
    nastushamshцитирует3 года назад
    Отчасти в развитие основных положений этого очерка, отчасти в полемике с ними было написано лучшее, на мой взгляд, краткое мандельштамовское жизнеописание – статья М.Л. Гаспарова «Поэт и культура. Три поэтики Осипа Мандельштама»[37].
    Кирилл Чернышевцитирует3 года назад
    «Разночинская традиция Мандельштама не допускала мысли, что один поручик идет в ногу, а вся рота – не в ногу»
    stanislavbaryshnikovцитирует4 года назад
    Подобные настроения Мандельштаму были внушены тенишевцем Борисом Синани (1889–1910) – одним из немногих в жизни поэта людей, которых он любил безоговорочно и беспоправочно.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз