Бесплатно
Михаил Загоскин

Три жениха

    Alya Alievaцитируетв прошлом году
    И я стала бы плакать о турецкой шали, если бы в ней показалась милее моему мужу; и я стала бы завидовать богатому экипажу, когда бы могла им потешить моего мужа; но желать всего этого для себя, грустить, что богатый, муж не закутает меня, как куклу, в турецкие шали, горевать о том, что я не принадлежу этому князю, которого ненавижу... Да, да!.. Ненавижу...

    -- Да за что же, мой друг?

    -- За то, что он хочет быть моим мужем!
    b4705939124цитирует2 года назад
    Покорнейше вас благодарю.
    b4705939124цитирует2 года назад
    изволит надо мною потешаться?
    b4705939124цитирует2 года назад
    невежественную спесь и чванство
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Шематон -- мот, вертопрах.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Женировать -- стеснять, затруднять.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Кнастер -- курительный табак.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Эстамп -- резная или травленная на меди или стали и отпечатанная на бумаге картина.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Бур-де-суа -- вид французской шелковой ткани.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    самом деле, Анна Степановна, -- прибавил Холмин, мигнув украдкою Слукиной, -- ведь, снявши голову, о волосах не плачут.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    -- Скажите мне, Анна Степановна, знаете ли вы, что такое любовь?
    -- Как не знать, Владимир Иванович! Я очень любила покойника.
    -- Любили? То есть поплакали, когда он умер; износили черное фланелевое платье и построили деревянный голубец над его могилою?
    -- Да, князь! Я все это выполнила, как следует.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Зарецкая (которая между тем взяла в руки одну из книг). Ах, боже мой! Бальзак!
    Княгиня. Вы его знаете, machere?
    Зарецкая. Бальзака? Какой вопрос! Вся Москва от него без ума.
    Гореглядова. Неужели?
    Златопольская. Однакож, верно, Дарленкур...
    Зарецкая. Фи, machere, что вы говорите? Дарленкур! Да его уж никто не читает, все над ним смеются. Но Бальзак!.. Ах, Бальзак!! В Москве нет ни одной порядочной женщины, которая не знала бы его наизусть.
    Княгиня. В самом деле?
    Зарецкая. Да, machere. Когда на масленице я была в Благородном собрании, кто-то сказал, что Бальзак в Москве. Потом стали говорить, что он в собрании. Боже мой, как все дамы засуетились, какая пошла тревога, шум, расспросы, и одного молодого человека, который с виду походил на француза, совсем было задушили. К счастью, он заговорил по-русски: это его спасло.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Княгиня. Ах, machere, чему тут удивляться! Да разве прошлого года не были у нас приезжие из Москвы? Помнишь этого князя Брянского и еще какого-то ученого? Ну вот этих, которые... ха, ха, ха!.. которые преважно объявили, что вояжируют по России. Они не хотели сблизиться с нашим кругом, -- а с кем были знакомы? С Волгиными, с Дубровиным, с Закамским, с этим невежею Холминым. Помнишь, что они говорили: "Вот почтенные люди! Вот настоящие русские дворяне! Вот истинно просвещенные помещики!" Просвещенные! А первый Дубровин говорит по-французски так, что без смеха нельзя слышать.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Княгиня Ландышева имела весьма хорошее состояние, наружность приятную и столько ума, чтоб с первого взгляда не показаться глупою: она знала наизусть множество красноречивых фраз, в которых не было здравого смысла, и все то, чего не понимала, называла "тривиальным"; говорила весьма хорошо по-французски, не делала никогда desliaisonsdangereuses {Опасные связи (ред.).} и выговор имела самый чистый. Но это еще ничего: она два раза ездила в Карлсбад, провела целое лето в Дрездене и сверх того, -- о господи, помилуй нас грешных, -- два месяца жила в Париже! Ожесточение, с которым она преследовала все русское, было бы очень забавно, если б она не так часто прибегала к этому средству выказывать европейское просвещение. Впрочем, надобно сказать правду, в этом отношении ей нечем было похвастаться перед своими приятельницами. Конечно, и наши московские барышни, -- дай бог им доброго здоровья, -- не упустят случая сделать обидное сравнение между чужим и своим отечеством, но у них бывают иногда минуты милосердия и справедливости: случается, что они похвалят отечественного художника, прочтут с удовольствием русскую книгу и даже, к ужасу своих почтенных матушек, решатся подчас назвать глупцом француза, если он точно пошлый дурак: но наши провинциальные молодицы!..
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Начиная эту повесть, я, кажется, говорил уже моим читателям, что почти в каждом губернском городе дворянское общество разделяется на несколько кругов. Надобно прибавить к этому, что ни в одной из столиц этот раздел не наблюдается с такою строгостью, как в провинции. Можно было бы сравнить эти отдельные круги с индийскими кастами, если бы иногда, в табельные дни за обеденным столом у губернатора и на балах Благородного собрания, не сливались они в одно общество; но и в этих редких случаях самый высший круг отличается обыкновенно от других и туалетом и французским языком, а более всего тем свободным обращением и насмешливою улыбкою, которые, как клад, не даются деревенским мелкопоместным барышням и дочерям асессоров, стряпчих и секретарей.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Князь
    Любил? И, полноте! Да знают ли у нас, что такое любовь? Могут ли холодные сердца, воспитанные на квасе, понимать это чувство, исполненное жизни и энергии? Взгляните на изображение этой неукротимой страсти во всех произведениях юной европейской словесности, -- и если дыхание не сопрется в груди вашей, если волосы ваши не станут дыбом, если вы не постигнете всей прелести этих судорожных восторгов, этих неистовых порывов страсти, этой адской пытки и райского наслаждения, то сделайте милость, Николай Иванович, -- кушайте на здоровье ваши соленые огурцы, живите две трети года по уши в снегу, заведитесь, если хотите, хозяйкою: только, бога ради, не говорите ничего о любви!
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Да кто же эта красавица, которая, как видно, к крайнему вашему прискорбию, может законным образом принадлежать вам?
    Князь
    Она? Это фантастическое создание пламенного юга? Эта полувоздушная Пери? Эта Сильфида?.. О, как она прекрасна! Какое блаженство льется из-под ее сладострастно опущенных ресниц! Она... Да неужели вы не отгадали, о ком я говорю?
    Холмин
    Нет, князь. Это пиитическое описание вовсе меня с толку сбило.
    Князь
    Виноват! Я позабыл, что ваш идеал красоты не может быть сходен с моим. Вы любите русскую красоту. По-вашему, была бы только бела да дородна, да румянец во всю щеку.
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Холмин
    И, полноте, князь! Будто бы вы никогда и ни в чем не ошибались? Несмотря на премудрость, глубину и либерализм нашего века, мы точно так же, как прежде, рабы своих собственных страстей: следовательно, ошибаемся, делаем глупости и всегда восстаем против здравого смысла, если он противоречит нашему образу мыслей. Встарину закоренелые невежды называли благоразумного человека вольнодумцем, а нынче его же, и может быть те же самые люди, назовут старовером, отсталым и варваром. Нет, Владимир Иванович, люди всегда останутся людьми. Да одна любовь сколько глупостей заставляет нас делать не только в молодых летах, но в годах зрелого рассудка
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Князь
    Да что у нас есть! Степи, леса, болота. Нам еще надобно многому учиться у иностранцев, много перенять... Нет, Николай Иванович: я совершенно согласен с одним из наших мыслителей, что мы до тех пор не поумнеем, пока не переймем не только обычаев, но даже одежды иностранцев.
    Холмин
    Вот что! Вероятно, князь, это касается до нашего простого народа, потому что мы с вами давно уже носим фраки. А что вы думаете? В самом деле, наш русский мужичок точно поумнеет, если вместо своего теплого овчинного тулупа наденет, а особливо зимою, холодный немецкий камзол или холстинный блуз французского крестьянина. Хоть, по правде сказать, я не очень вижу, почему наш толковый простой народ глупее французского
    Станислав Зиминцитирует3 года назад
    Правда ли, что в Петербурге входят в большое употребление артезианские колодцы?
    Холмин
    Нет, не слыхал. Да для чего бы это?
    Князь
    Какой вопрос! Помилуйте, Николай Иванович, да будем ли мы когда-нибудь европейцами?
    Холмин (улыбаясь)
    А разве европеец непременно должен пить воду из артезианского колодца?
    Князь
    О святая Русь!.. Да неужели вы не постигаете, что отвергать все улучшения, держаться во всем старины, стоять на одном месте, когда вся Европа движется вперед, есть самый верный признак непросвещения.
    Холмин
    Нет, князь, я постигаю, что хорошее перенимать вовсе не стыдно; да только вот беда -- не все хорошее равно хорошо для всех. Перенимать, не думая о том, полезна ли будет эта новость собственно для нас; передразнивать иностранцев только для того, чтоб сказать: "Я иду за веком, я европеец!", воля ваша, а это, по мне, просто пускать пыль в глаза и увлекаться одними фразами, громкими словами, которые, конечно, имеют свою цену после сытного обеда и рюмки шампанского, но которые на тощий желудок никуда не годятся.
    Князь
    Да почему же вы полагаете, что хоть, например, введение артезианских колодцев...
    Холмин
    Чрезвычайно будет полезно в степных и безводных местах,-- в этом, конечно, никто с вами спорить не станет: но в Петербурге, где подчас от воды не знают куда деваться, смею вас спросить, какую пользу принесут эти артезианские колодцы?
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз