Даниэль Шпек

Piccola Сицилия

Наши дни. Солнечный осенний день на Сицилии. Дайверы, искатели сокровищ, пытаются поднять со дна моря старый самолет. Немецкий историк Нина находит в списке пассажиров своего деда Морица, который считался пропавшим во время Второй мировой. Это тайна, которую хранит ее семья. Вскоре Нина встречает на Сицилии странную женщину, которая утверждает, что является дочерью Морица. Но как такое возможно? Тунис, 1942 год. Пестрый квартал Piccola Сицилия, три религии уживаются тут в добрососедстве… Уживались, пока не пришла война. В отеле «Мажестик» немецкий военный фотограф Мориц впервые видит Ясмину и пианиста Виктора. С этого дня их жизни окажутся причудливо сплетены. Им остается лишь следовать за предначертанием судьбы, мектуб. Или все же попытаться вырваться из ловушки, в которую загнали всех троих война, любовь и традиции. Роман вдохновлен реальной историей.
554 бумажные страницы
Издательство
Фантом Пресс

Похожие книги

Другие версии книги

Впечатления

    b1421803039делится впечатлениемв прошлом месяце
    👍Советую
    💡Познавательно
    🎯Полезно
    💞Романтично
    🚀Не оторваться
    💧До слез

    Очень интересно

    sksrostovделится впечатлением2 месяца назад
    👍Советую

    Мило, легко, симпатично.

    polinalnделится впечатлением2 месяца назад

    Сюжет очень интересный, сам по себе, поясняет некоторые предпосылки исторических событий простым языком. К главным героям симпатии не возникло. В тексте ярко выражено распространённое на Западе мнение, что войну выиграли американцы и их союзники. От этого коробит.

Цитаты

    Marina Eremeevaцитируетпозавчера
    Но он не принял в расчет людскую глупость. Чиновники беспокоились не за пациентов, а за свои посты.
    b9580584544цитирует22 дня назад
    МАРСАЛА
    Я – Ясмина. Ее вытянутая в ночи рука – моя, ее Виктор – это мой Джанни.
    – Виктор любил Ясмину? – спрашиваю я Жоэль.
    – Да. Больше всех.
    – Как сестру.
    – Нет, и как женщину. Чтоб ты знала, моя мать была красавицей. Необыкновенной. Его-то любовницы были чаще всего очень обыкновенными.
    – Но почему же тогда…
    – Почему ему недостаточно было одной женщины? – Улыбка Жоэль ироничная и грустная. – Потому что он не мог найти себя. Если бы он получил одобрение отца, ему бы не пришлось искать признания женщин. И чем больше он крутил с женщинами, вместо того чтобы делать что-то полезное, тем меньше его уважал отец. И Виктор это чувствовал. И продолжал – из протеста и в поисках утешения. Заколдованный круг.
    – Но Ясмина была к нему привязана, потому что знала, что он хороший, так? Потому что надеялась: если он поймет, что любим, то успокоится.
    – Ты никого не можешь изменить. Если кто-то сам себя не любит, твоей любви ему будет мало. Это все равно что лить воду в ведро с дырявым дном. Сколько сверху дольешь, столько вытечет снизу.
    Я знаю. Это как с Джанни. Мы все это знаем и все равно совершаем ту же ошибку. Снова и снова.
    – Но вообще-то вопрос в том, – говорит Жоэль, – почему мы так долго продолжаем лить.
    Хороший вопрос. У меня нет на него ответа.
    – Ясмина всегда думала, что причина в ней. Думала, что не способна от него отлепиться. Знаешь, дорогая, некоторым людям привычное несчастье милее, чем неведомое счастье. Она не могла себе представить, что ее можно полюбить просто так. Безоговорочно.
    – Тогда у них обоих, в принципе, была схожая травма?
    – Некоторым образом – да. Но они-то этого не сознавали. И пытались разными способами усмирить боль. Ясмина цеплялась за него, он от нее убегал.
    Ольгацитирует23 дня назад
    Если травма утраты – важная часть нас, как и чувство защищенности, счастья или близости, то мои родные – то есть все участники этой истории, иудеи, христиане и мусульмане, – так или иначе травмированы, включая и меня

На полках

fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз