Евгений Водолазкин

Брисбен

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
    Аленацитирует23 дня назад
    Мефодий сказал ему: ти б краще[41] не палив[42], хлопче. Он, собственно, советовал, не запрещал. Не получается бросить, ответил Глеб, выкуривавший к тому времени по пачке в день. А ты не бросай, перешел на русский Мефодий, ты не кури. Это разные состояния.
    Аленацитируетв прошлом месяце
    Увидеть танцующее на воде солнце было главной утренней радостью Глеба. Большей даже, чем купание, потому что прикосновение часто оказывается менее значимым, чем мечта о нем.
    Аленацитируетв прошлом месяце
    Так, сидя в первом ряду партера, благодарно слышишь топот балерин, думая: как хорошо, что в искусстве есть место телесному. Что танцуют не призраки, а мускулистые потные женщины.
    Аленацитируетв прошлом месяце
    лето Глеб изображал исполнение знаменитых вещей, забрасывая набок челку и перебирая пальцами поверх струн. Это была, пожалуй, лучшая музыка его жизни, потому что на ней не лежало проклятие воплощения: чистая идея. Мечта, не отягощенная реальностью.
    Аленацитируетв прошлом месяце
    Ты давно живешь за границей. Как тебе кажется, те, кто уехал, – они находят решение своих проблем?
    – Трудно сказать. Это решение какое-то… Ну, внешнее, что ли. Если брать шире, то думаю, что даже рай – во многом внутреннее состояние.
    – Иначе говоря, человеку бесполезно входить в рай со всеми своими болями?
    – Боюсь, что на фоне всеобщего счастья он будет вдвойне несчастлив. И в конце концов, наверное, сбежит.
    Марияцитирует2 месяца назад
    Радость в жизни вообще редкая гостья.
    Андрей Цивилёвцитирует3 месяца назад
    Такси быстро довозит до Тиргартена. Там зелено и солнечно. Почему во всем мире зелено и солнечно, и только в Петербурге – нет? Там листва начинает только пробиваться, а здесь она во всей красе. Молчу уже о солнце.
    Анна Орловацитирует3 месяца назад
    посмотри зато, что мы пьем: чисто русский напиток. Потому что, даже проявляя нездоровые интересы, хотим произвести на тебя благоприятное впечатление.
    Андрей Цивилёвцитирует3 месяца назад
    Они легко осваивались в мире, то есть делали мир своим, заполняя его трещины своей любовью. Индустриальный проспект становился их проспектом, и в нем отыскивались признаки архитектуры, тесная квартирка превращалась в их квартиру, она расширялась и становилась уютнее. В старости это свойство уходит. Наступает возраст, когда обогревать собой окружающую среду больше не получается. Старики мерзнут. Они не могут согреть даже собственного тела.
    Андрей Цивилёвцитирует3 месяца назад
    Глядя на черную громаду моста, он понимал, что эти ночи запомнятся навсегда, и сердце его сжималось от будущих воспоминаний.
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    Будущее – это свалка фантазий. Или – еще хуже – утопий: для их воплощения жертвуют настоящим.
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    . Всюду одно и то же. Стоит только обнаружить крылья, как тебя норовят куда-то упрятать. Личным моим опытом это не подтверждается, но образ хороший: кто-то один крылатый и масса социально ориентированных муравьев.
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    ть. Личным моим опытом это не подтверждается, но образ хороший: кто-то один крылатый и масса социально
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    . Всюду одно и то же. Стоит только обнаружить крылья, как тебя норовят куда-то упрятат
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    Любое, даже самое постороннее событие человеку свойственно пропускать через себя, и успех Глеба автоматически означал отсутствие успеха у Беаты
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    Вера берет первые ноты Вальса. Играет его с той же страстью, что на концерте. Но в Вальсе доминирует не она и не я – здесь раскрывается вся мощь оркестра. Мелодия делает разворот над залом, как над аэропортом делает разворот авиалайнер. Он совершает круг, второй, третий и всё не садится – не потому, что не может, а от нежелания покидать небо.
    Перед Верой – бушующий океан. На зал обрушивается волна за волной, и от их ударов (барабаны) сотрясаются ряды кресел, и пена на гребнях волн (тарелки) повергает зрителей в трепет. В центре шторма – дирижер Хубер. Его отчаянное стремление справиться со стихией повторяют вскочившие с мест зрители, их движения синхронны с дирижерскими. Совместными усилиями им удается несколько стихию укротить. По залу проносится вздох облегчения. И в это мгновение, на фоне отступившего ужаса, возникают (фортиссимо) Верин рояль и мой голос – как две стрелы одной ослепительной молнии. Кто-то в партере вскрикивает.
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    С последней нотой Токкаты наступают секунды тишины. Музыка была столь насыщенна, что с ее окончанием пространство не успевает заполниться другими звуками. В такие секунды на поверхность выходит домузыкальная, дозвуковая природа Земли. Этому безмолвию исполнитель знает цену: оно предшествует ураганным овациям. Так перед ударом цунами море отступает на сотни метров, и обнажается суша. Но где-то далеко, у самого горизонта, гигантская, пусть пока и невидимая, уже несется первая волна.
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    Жизнь в коллегиуме постепенно потеряла свою новизну и стала привычной. Настолько привычной, что перестала ощущаться как жизнь. Стала похожей на воспоминания, в которых есть и хорошее, и плохое, но всё – прожитое
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    Главное же состояло в том, что музыка была языком, а язык – музыкой.
    b9099643777цитирует3 месяца назад
    Глеб и Катя быстро убедились в том, что богословский быт налажен в высшей степени разумно. Те, кто думает о небесном, хорошо организуют и земное
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз