Барт Эрман

Великий обман. Научный взгляд на авторство священных текстов

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
    антонцитируетв прошлом году
    Один из парадоксов современной религии заключается в том, что абсолютная приверженность истине в некоторых формах евангелического и фундаменталистского христианства и сопутствующее мнение, что истина объективна и может быть проверена любым беспристрастным наблюдателем, заставили множество верующих следовать истине, куда бы она ни повела. А то, куда она приводит, часто находится далеко от самого евангелического и фундаменталистского христианства. Так что, если, теоретически, у вас получается проверить «объективную» истину религии и по результатам такой проверки религия оказывается ложной, где вы окажетесь? Если вы христианин веры евангельской, вы окажетесь в пустыне за пределами евангелического лагеря со своим нераскаянным видением истины. Объективная истина, перефразируя одну не особо христианскую песню, «стала погибелью для многих бедолаг, и, Боже, знаю, я один из них»
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Одним из удивительных и для многих неожиданных фактов из истории первого столетия будет то, что у нас нет абсолютно никаких римских записей, которыми бы подтверждалось существование Иисуса. У нас нет ни свидетельства о рождении, ни упоминаний о его словах или деяниях, ни отчётов о суде над ним, ни описаний его смерти – никаких упоминаний о нём какого бы то ни было свойства, формы или характера. Даже имя Иисуса не упоминается ни в каких римских источниках первого века [195]. Это не значит, будто Иисус вовсе не существовал, как это заявляется теперь с тревожной регулярностью. Конечно же, он существовал, и, основываясь на вполне ясных и очевидных свидетельствах, с этим соглашаются практически все компетентные специалисты по Древнему миру, как христианские, так и нехристианские. Просто как и громадное большинство людей, живших и умерших в первом столетии, Иисус не попал в записи римлян.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    А что тогда с Евангелиями? Ещё с XIX века учёные уверены, что Мф, Мк и Лк имеют так много общего (передают те же сюжеты, обычно в одинаковой последовательности, часто теми же словами) потому, что пользовались одними и теми же источниками. Сейчас действительно общепризнано, что одно из Евангелий послужило источником двум другим. Почти все учёные сходятся на том, что Мк использовался для написания Мф и Лк.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Она находится во вступлении и буквально гласит: «Понятие плагиата было неизвестно в Древнем мире» [187].

    Я не представляю, как такое могло быть сказано людьми, которые когда-либо брали на себя труд ознакомиться с древними источниками. Это в корне неверно. Древние авторы прекрасно знали о плагиате и осуждали его как обман. Для начала взгляните на сказанное Витрувием, известным римским архитектором и инженером I в. до н. э., в седьмой книге его десятитомной работы по архитектуре: «…тех, кто обкрадывает [чужие] сочинения и выдаёт за свои, надо осуждать» [188]. Теперь возьмите комментарии Полибия, одного из великих древнегреческих историков, написанные сотней лет ранее, где говорится, что писатели его времени, которые брали работы более древних авторов и выдавали их за свои, вели себя «весьма предосудительно» [189].
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Один из самых болезненных пассажей для женщин, желающих занимать в христианской церкви активную позицию, встречается в 1 Кор 14:34–35. Здесь Павел прямо говорит:

    Жены ваши в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и закон говорит. Если же они хотят чему научиться, пусть спрашивают о том дома у мужей своих; ибо неприлично жене говорить в церкви.

    Женщины должны быть молчаливы и покорны своим мужьям. В церквах им вообще нельзя говорить. Это очевидным образом делает невозможным для женщин произнесение в церкви пророчеств, общих молитв и поучений. Женщинам даже спрашивать в церкви ничего нельзя.

    Эти стихи весьма похожи на те, что можно прочитать в послании Павла, не являющимся подлинным – Первое Тимофею, которое, как мы видели в третьей главе, тоже предписывает женщинам безмолвие и покорность мужьям (2:11–15). Но так же, как 1 Тим является подложным, так и приведённый отрывок из 1 Кор является сфальсифицированным. Эти стихи из четырнадцатой главы не были написаны Павлом. Кто-то добавил их позже, когда послание уже ходило по рукам.

    Учёные приводят много доводов в пользу этого мнения. Во-первых, видно, что рассматриваемые стихи разбивают тот отрывок, в котором они заключены. Непосредственно перед ними Павел говорит о пророчестве в церкви. Сразу после них он говорит о пророчестве. Но этот пассаж по поводу женщин прерывает ход рассуждения. Без него отрывок о пророчествах выглядит гораздо естественнее.

    Кроме того, трудно поверить, чтобы Павел запрещал женщинам говорить в церкви именно здесь, в 1 Кор 14, поскольку лишь тремя главами ранее он им это позволял. В 1 Кор 11 Павел призывает женщин, молящихся и пророчествующих в церкви, делать это только с покрытой головой.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Другой известный пример находится в конце Евангелия от Марка. Люди, невнимательно читавшие его заключительную главу, часто говорят, что в Мк не раскрыта тема воскресения. Скажем прямо, это не так. В Евангелии Марка Иисус определённо воскресает из мёртвых. Женщины идут ко гробу на третий день после похорон, чтобы восполнить погребальный обряд, но тела на месте нет. Вместо этого их там встречает человек в белых одеждах, сообщающий, что Иисус воскрес из мёртвых. То есть Марк верит, что Иисус физически воскрес из мёртвых, и именно это сообщает своим читателям. Но самое поразительное, что происходит затем.

    Человек у гроба наказывает женщинам идти и сообщить ученикам, что Иисус уже отправился в Галилею, где они его и встретят. Но вместо того, чтобы рассказать апостолам, «выйдя, побежали от гроба… и никому ничего не сказали, потому что боялись» (Мк 16:8). И на этом Евангелие заканчивается. Тема воскресения Иисуса здесь определённо присутствует. Но ученики ничего не узнают о нём, и здесь ничего не сказано про их встречу с Иисусом.

    Это блестящая концовка. Она приводит читателя в изумление и заставляет сказать: «Что??? Как это женщины могли никому не сказать? Как это никто не узнал о воскресении Иисуса? Как Иисус мог не явиться потом кому-то ещё? И это всё? Это конец? Да как это может быть концом?»

    Переписчики испытывали те же чувства. И разные писцы прибавляли к Евангелию различные окончания. Окончание, ставшее в Средние века самым популярным, взято из рукописей, которыми пользовались переводчики Библии Короля Иакова в 1611 году, поэтому читатели английского перевода и знакомы именно с ним. В двенадцати добавленных стихах женщины (или, по крайней мере, Мария Магдалина) всё же идут и сообщают ученикам, которые затем встречают Иисуса и уверяются в его воскресении. Именно в этих стихах содержатся известные слова Иисуса о том, что верующие в него могут говорить на иностранных языках, браться за змею и пить отраву, не причиняя себе вреда.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Я уже писал об изменениях такого рода в паре своих прежних книг и не хочу здесь повторяться. Лучше я ограничусь несколькими примерами, взятыми со страниц Нового Завета. В пятой главе я упоминал известную историю из поздних манускриптов Евангелия от Иоанна о женщине, которую поймали на прелюбодеянии и привели на суд Иисуса. Этот сюжет содержит одни из самых известных слов Иисуса: «Кто из вас без греха, пусть первый бросит в неё камень». Однако в самых ранних манускриптах Евангелия от Иоанна этой сцены нет. Кроме того, от остального текста значительно отличается стиль, которым она написана (на греческом). Вдобавок сцена разрывает повествование в том месте, куда она вставлена (Ин 7–8). Иными словами, стоит только изъять этот сюжет, и контекст приобретает больший смысл, поскольку предыдущая сцена более логично перетекает в последующую. По этим и ряду других причин практически ни у кого из исследователей Нового Завета нет сомнений, что эта история при всей своей красоте, силе и поучительности не является оригинальной частью Нового Завета. Она вставлена переписчиком.

    В этом примере мы имеем дело и с фальсификацией (изменением его содержания относительно оригинала), и с фабрикацией текста (поскольку эта история выдумана).
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    В античности тексты всегда изменялись при переписке [184]. В мире, где отсутствовали электронные средства публикации, ксероксы или просто копирка, было практически невозможно быть уверенным, что любая копия текста будет стопроцентно точной, без каких-либо изменений. Это касается всех книг, переписывавшихся в древности. Вот почему великие правители, собирая в своих городах капитальные библиотеки, иногда были готовы платить значительные деньги за «оригиналы» произведений классиков. Никогда нельзя было быть уверенным, что копия полностью соответствует оригиналу.

    Соответственно, все раннехристианские произведения тоже были подвержены превратностям копирования. У нас нет ни одного оригинала ни одной книги Нового Завета или любой другой христианской книги. То, что у нас есть, – это копии копий, сделанных с копий. И в большинстве случаев самые ранние из доступных нам копий отстоят от своих оригиналов на столетия.

    Почти кажды
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Фабрикации в составе канона

    Не стоит думать, что христиане начали создавать фабрикации лишь после довершения Нового Завета. На самом деле не приходится сомневаться, что часть таких текстов появилась уже в самые первые годы становления христианства. И некоторые из этих фабрикаций проникли в Новый Завет.

    Можно долго говорить о новозаветных историях, которые выдают вымышленные истории за исторические события. Такие истории встречаются среди рассказов о рождении Иисуса, его жизни, учении, смерти и воскресении точно так же, как и среди рассказов о его последователях, вроде Петра и Павла, в книге Деяний.

    Что касается историй о рождении Иисуса, то не нужно ждать упомянутых выше более поздних Евангелий, чтобы распознать фабрикации – они есть в уже хорошо знакомых версиях Матфея и Луки. При императоре Августе никогда не было переписи, которая бы заставила Иосифа и Марию идти в Вифлеем, не было звезды, которая бы загадочно направляла волхвов к Иисусу, Ирод Великий никогда не истреблял Вифлеемских младенцев, семья Иисуса не скрывалась в Египте.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Потом Иосиф решает, что Иисусу пора подучиться, и он трижды посылает его к разным учителям, которые безуспешно пытаются его обучать. Один из них пытается научить Иисуса греческому алфавиту. Но Иисус молчит и не повторяет за ним букв. Потом говорит так: «Если ты истинный учитель и хорошо знаешь буквы, скажи Мне, что такое альфа (т. е. первая буква алфавита), и Я скажу тебе, что такое бета (вторая буква)». Рассерженный учитель бьёт Иисуса по голове. Большая ошибка. Иисус проклинает его, и тот мгновенно умирает. Иосиф забирает Иисуса домой и наказывает Марии: «Не пускай Его за дверь, ибо каждый, кто вызывает Его гнев, умирает».
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Почти одновременно с Протоевангелием Иакова получила распространение другая сфабрикованная книга об Иисусе, известная сейчас как Евангелие детства, или Евангелие от Фомы. В её основу положен вопрос, которым веками задавалось множество христиан: если в зрелом возрасте Иисус был Сыном Божьим, творящим чудеса, то каким он был в детстве? В Евангелии детства собраны истории об Иисусе в возрасте от пяти до двенадцати лет.

    Книга начинается с рассказа о том, как пятилетний Иисус играет у ручья недалеко от своего дома в Назарете. Он собирает протекавшую воду в небольшую лужицу, приказывает ей стать чистой, и вода слушается его. Затем он берёт глину и лепит из неё двенадцать птичек. Прохожий иудей негодует на то, что своей «работой» Иисус нарушил закон о субботнем покое. Ревнитель идёт и рассказывает Иосифу, что натворил его сын. Иосиф приходит к ручью и выговаривает мальчику. В ответ Иисус хлопает в ладоши, приказывает птицам ожить и лететь, и те повинуются. Этим показано, что Иисус выше закона и что он животворец. К тому же он ускользает от ответственности, уничтожив улики. Глиняные птички? Какие птички?

    Тут соседский мальчишка берёт палку и разбрызгивает ею воду, собранную Иисусом. Это сердит маленького Иисуса, который говорит мальчишке: «Ты, негодный, безбожный глупец, какой вред причинили тебе лужицы и вода? Смотри, теперь ты высохнешь, как дерево, и не будет у тебя ни листьев, ни корней, ни плодов». Ребёнок немедленно высыхает.

    В следующей истории Иисус проходит через деревню, когда его случайно толкает плечом пробегающий мальчик. Иисус сердится и говорит ему: «Ты никуда не пойдешь дальше». Ребёнок тут же падает мертвым. Его родители упрекают Иосифа: «Раз у тебя такой сын, ты не можешь жить с нами. Или научи Его благословлять, а не проклинать, ибо дети наши гибнут».
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Всё то же самое можно сказать о Евангелии Псевдо-Матфея [181]. Оно называется так потому, что в Средневековье считалось написанным самим апостолом Матфеем. На самом же деле это было сильно переработанное Протоевангелие, о котором говорилось выше.

    Среди самых интересных сюжетов этой повести – чудеса, которые творил Иисус, когда святое семейство бежало в Египет по его рождении. Мы узнаём, например, что по дороге они остановились передохнуть возле пещеры. К ужасу Иосифа и Марии из пещеры показалось полчище драконов. Но двухлетний Иисус ничуть не испугался. Неверной походкой младенца он приблизился к страшным чудовищам и стал перед ними. И когда они увидели, кто он такой, то благоговейно склонились пред ним. Автор говорит, что это сбылось предсказание Священного Писания: «То, что сказал пророк, исполнилось: «Хвалите Господа, вы, сущие на земле драконы», что является указанием на греческую версию Пс 148:7.

    Потом во время путешествия семья останавливается отдохнуть под пальмой, и Мария, мать Иисуса, с тоской смотрит на плоды, висящие высоко на ветвях, и выказывает желание попробовать их. Иосиф укоряет её, поскольку очевидно, что залезть на дерево не получится. Но тут вмешивается маленький Иисус и приказывает пальме склониться, чтобы дать свои сочные плоды его матери. И дерево повинуется. Все насыщаются его плодами, и Иисус благословляет пальму за её послушание, обещая в награду, что одна из её ветвей будет отнесена на небо и посажена в раю. Тут же спускается ангел, чтобы взять и вознести одну из ветвей в её новую небесную обитель.

    Когда семейство прибывает в Египет, то не находит себе пристанища, поэтому вынуждено укрыться в языческом храме. Внутри того храма было 365 идолов, представляющих богов, каждому из которых следовало служить в один из дней года. Но когда входит Иисус, то все идолы падают на свои лица в почтении перед истинным божеством среди них. Как только местный правитель узнаёт о происшедшем, то сам приходит поклониться ребёнку и сообщает всем своим друзьям и целой армии, что к ним прибыл владыка всех богов.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Дальше следуют рассказы о жизни Марии и Иосифа, которые часто развивают сюжеты из канонических Евангелий Матфея и Луки (только они в Новом Завете говорят о рождении Иисуса), а иногда предлагают совершенно новые истории. Самая необычная или запоминающаяся из них происходит сразу после того, как Мария рожает Иисуса в пригороде Вифлеема. Иосиф уходит на поиски повитухи для помощи при родах. Он находит одну, но возвращается с ней слишком поздно. Подходя к пещере, где была оставлена Мария, они видят яркий свет и младенца, возникшего из ниоткуда. Повитуха сразу соображает, что это чудесное рождение и бежит за своей приятельницей, Саломеей, которая отказывается верить, что дева могла родить. Она приходит к пещере и решает провести Марии послеродовое обследование, чтобы убедиться в целости девственной плевы. Она в этом убеждается, и читатели остаются неразочарованными. Но рука Саломеи начинает гореть, как в огне. Это её наказание за отказ поверить в силу Божию, явленную в рождении Иисуса. Когда она молится Богу и просит прощения, то получает указание взять ребёнка на руки. И как только она это делает, её рука исцеляется.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Одна из исторически наиболее влиятельных подборок таких историй содержится в книге под названием Протоевангелие Иакова [179]. Протоевангелие было невероятно популярно у христиан в Средние века, даже популярнее, чем многие книги Библии. Оно оказало значительное влияние на христианское воображение и искусство [180]. Читатели называли его прото-Евангелием потому, что описанные в нём события в основном происходили раньше тех, что описаны в канонических Евангелиях. Книга охватывает период рождества и детства Марии, зачатие и рождение ею Иисуса. Я говорил, что это подлог, поскольку он ложно претендует на авторство Иакова, брата Иисуса, который здесь назван сыном Иосифа от предыдущего брака. Вокруг времени написания книги ведутся споры, но поскольку её автору, по всей видимости, известны Евангелия Матфея и Луки, принадлежащие концу первого столетия, и на неё, видимо, ссылается Ориген в начале третьего столетия, то книгу часто датируют серединой – концом второго столетия.

    Один из главных вопросов книги заключается в том, насколько Мария годится для своей роли матери Сына Божия. Конечно, мать Иисуса была не простым человеком! И книга это подтверждает. Её рождение было чудесным. Её мать, Анна, бесплодна, но чудесным образом зачинает по собственным молитвам и молитвам своего мужа, состоятельного благородного иудея Иоакима. Уже маленьким ребёнком Мария была особенной. С рождения посвящённая Богу, в трёхлетнем возрасте она отведена своими родителями в Иерусалимский храм и там воспитывается священниками, которым не приходится кормить её, поскольку каждый день она получает пищу из рук ангела.

    Когда приближается подростковый возраст, Марии приходится оставить храм, ведь менструальная кровь влечёт ритуальную нечистоту. Тогда жрецы собираются, чтобы обсудить, как найти ей мужа. Наставленные Богом, они призывают всех холостых израильтян, каждого со своим посохом. Первосвященник собирает все посохи и вносит их в святилище. На следующий день он возвращает их владельцам, и все видят чудесное знамение. Из посоха Иосифа вылетает голубь и, сделав круг, садится на его голову. Так он становится избранным для того, чтобы взять юную Марию замуж.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Одна из исторически наиболее влиятельных подборок таких историй содержится в книге под названием Протоевангелие Иакова [179]. Протоевангелие было невероятно популярно у христиан в Средние века, даже популярнее, чем многие книги Библии. Оно оказало значительное влияние на христианское воображение и искусство [180]. Читатели называли его прото-Евангелием потому, что описанные в нём события в основном происходили раньше тех, что описаны в канонических Евангелиях. Книга охватывает период рождества и детства Марии, зачатие и рождение ею Иисуса. Я говорил, что это подлог, поскольку он ложно претендует на авторство Иакова, брата Иисуса, который здесь назван сыном Иосифа от предыдущего брака. Вокруг времени написания книги ведутся споры, но поскольку её автору, по всей видимости, известны Евангелия Матфея и Луки, принадлежащие концу первого столетия, и на неё, видимо, ссылается Ориген в начале третьего столетия, то книгу часто датируют серединой – концом второго столетия.

    Один из главных вопросов книги заключается в том, насколько Мария годится для своей роли матери Сына Божия. Конечно, мать Иисуса была не простым человеком! И книга это подтверждает. Её рождение было чудесным. Её мать, Анна, бесплодна, но чудесным образом зачинает по собственным молитвам и молитвам своего мужа, состоятельного благородного иудея Иоакима. Уже маленьким ребёнком Мария была особенной. С рождения посвящённая Богу, в трёхлетнем возрасте она отведена своими родителями в Иерусалимский храм и там воспитывается священниками, которым не приходится кормить её, поскольку каждый день она получает пищу из рук ангела.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Приписывание анонимных произведений известным авторитетам не ограничивалось Новым Заветом. В качестве дополнительного примера хотелось бы упомянуть одну интереснейшую книгу, не вошедшую в канон Нового Завета. На протяжении столетий были христиане, которые считали, что её следовало туда включить. И мы все можем только радоваться, что этого не произошло. Книга представляет собой один из самых резких выпадов против иудеев и иудаизма, какие только были в раннем христианстве. Будь она включена в Писание, христиано-иудейские отношения были бы ещё хуже, если это можно представить. Книга была написана анонимно, но позже приписана одному из ближайших спутников и сотрудников Павла, так что стала известна как Послание Варнавы [178].

    Текст представляет собой что-то вроде письма, адресованного автором группе читателей, но вообще больше похож на развёрнутое эссе. Цель книги в том, чтобы показать превосходство христианства над иудаизмом. Автор преследует её, клеймя иудаизм как религию, которая всегда была ложной, ещё со времён самого Моисея. Как он считает, древние израильтяне расторгли завет с Богом, заключённый в самом начале, когда Моисею было дано десять заповедей. Сойдя с Синайской горы с заповедями в руках, Моисей увидел свой народ предавшимся идолослужению. В гневе он разбил каменные скрижали о землю вдребезги. Согласно автору послания, это означало расторжение завета (4.7–8; 14.1–4). И Бог так и не восстановил свой завет с иудеями. С того момента они были отвержены навсегда.

    Иудеи, конечно, ещё получили от Моисея всякие законы, включая новый экземпляр десяти заповедей. Но поскольку они сами сделали себя чуждыми Богу, то так и не поняли этих законов.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Другие неверные атрибуции

    Всё то же самое можно сказать об остальных анонимных книгах Нового Завета. Исследователи практически едины в том, что Павел не писал Послание Евреям, хотя включившие его в канон Священного Писания отцы церкви думали иначе [177]. 1, 2 и 3 Послания Иоанна во многом звучат схоже с Евангелием от Иоанна, но при этом сильно отличаются от него, особенно в том, что касается исторического контекста, на который они ориентированы. Скорее всего, их писал другой человек, который в любом случае не был Иоанном, сыном Зеведея. Этот христианин жил позже, а у его общины были проблемы, которые отличались от тех, что имело в виду четвёртое Евангелие. Однако потом христианам, наделившим послания священным авторитетом, понадобилось приписать их кому-то из апостолов, и вполне логично этим апостолом стал Иоанн Зеведеев.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Несколько десятилетий до этого ходили слухи, что деяния и учение Иисуса описаны двумя авторами, бывшими значительными фигурами Древней церкви. Эти слухи можно встретить у Папия Иерапольского ок. 120–130 гг. н. э., то есть где-то за полвека до Иринея. На основании доброго свидетельства [173] Папий утверждал, что апостол Матфей записал речения Иисуса по-еврейски, а другие сделали их перевод предположительно на греческий язык. Им же было сказано, что, будучи спутником Петра, Марк придал стройный вид его проповедям об Иисусе и сделал из них книгу [174].

    Ничто не указывает нам на то, что, говоря о Матфее и Марке, Папий имел в виду именно те Евангелия, которые были впоследствии названы их именами. На самом деле всё, что он говорит о них, противоречит «нашим» Евангелиям: Мф является не сборником речений Иисуса, а повествованием о нём, его учении и деятельности; оно было написано на греческом, а не древнееврейском; и написано оно было не независимо от Марка, как предполагает Папий, а на основе известного нам Евангелия от Марка. Что касается Мк, то в нём ничто не говорит в пользу его происхождения от рассказов Петра; с тем же успехом оно может быть отнесено и к другому своему герою (например, Иоанну, сыну Зеведея). Да и в принципе ничто не даёт повода думать, будто Мк основано вообще на чьих-либо рассказах, не говоря уже о Петре. Напротив, оно исходит из устной традиции, зафиксированной «Марком» уже через несколько десятков лет её существования.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Иринеем был написан пятитомный труд, известный сейчас под названием Против ересей, который был направлен против ложных учений, свирепствовавших среди христиан его времени. Там в одном месте он пишет, что еретики (т. е. лжеучители) заблуждаются потому, что либо использовали ненастоящие Евангелия, либо использовали не все Евангелия из четырёх настоящих. Некоторые еретические сообщества пользовались только Евангелием от Матфея, другие – только от Марка и т. д. Ириней считает, что подобно четырём ветрам, разнёсшим евангельское благовестие на четыре стороны света, должно быть именно четыре и только четыре Евангелия, и эти Евангелия – Матфея, Марка, Луки и Иоанна [172].

    Современному читателю подобный аргумент может показаться неубедительным, но ему не составит труда понять, почему подобные Иринею ортодоксальные писатели настойчиво говорят об этом. Тогда ходило множество Евангелий, и христиане, обращавшиеся к ним, хотели знать, какие из них были законно признаны. Для Иринея и его единоверцев авторитетом могли обладать только те Евангелия, что имели апостольское происхождение. Авторитет Евангелия основывался на его авторстве. То есть уровень авторитета автора должен был соответствовать уровню апостола или его близкого спутника, рассказ которого можно было отнести на счёт апостола. В 155 году, когда творил Иустин, цитирование Евангелий без их атрибуции было вполне приемлемо. Но в обращении было так много других Евангелий, что книгам, которые активно цитировались ортодоксальными христианами, вскоре понадобилась апостольская сертификация. С тех пор они стали известны как Евангелия от Матфея, Марка, Луки и Иоанна.
    Michael Nockovцитирует7 месяцев назад
    Такова идея Евангелий, и она подана в этих книгах словно продолжение анонимно написанной истории Израиля, как та была изложена в писаниях Ветхого Завета. Это видно, например, в самом раннем Евангелии, от Марка, которое начинается цитированием серии ветхозаветных пророчеств о пришествии мессии, и затем представляет Иисуса тем, на кого эти пророчества указывают. Это видно в Евангелиях от Матфея и Луки, которые изображают рождение Иисуса как исполнение предсказаний из Писания, используя образность и язык, в большой степени основанные на ветхозаветных повествованиях, для придания своему вступлению «библейской» атмосферы. Это видно даже в Евангелии от Иоанна, которое начинается с мощной поэмы о пришествии Христа в мир в конце времён в выражениях, крайне напоминающих историю сотворения мира в книге Бытия (Бытие: «В начале сотворил Бог небо и землю», Иоанн: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог»).

    Евангелисты, каждый по-своему, изображают историю Иисуса как продолжение истории народа Божьего, Израиля. В Иисусе исполнились все чаяния авторов и пророков Ветхого Завета. Поэтому для тех, кто написал Евангелия, имело смысл оставаться анонимами, как это делали почти все, кто писал библейскую историю до них.

    Анонимность евангелистов сохранялась десятилетиями. Когда писатели начала второго столетия ссылались на Евангелия или цитировали их, они никогда не упоминали их названий или авторов. Даже в 150–160 гг. н. э. Иустин Мученик цитирует стихи из Евангелия, но не указывает его названия. Иустину все эти книги известны как просто собрание «Воспоминаний Апостолов». Прошло около века со времени появления Евангелий, прежде чем они получили имена Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Впервые это зафиксировано в сочинениях Иринея Лионского около 180–185 гг. н. э.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз