Джордж Мартин

Искры над пеплом. Танец с драконами. Часть 2. Песнь Льда и Пламени. Книга 5

Владимирцитирует5 лет назад
Земля питает человека, а огонь пожирает, но глупцы, дети и юные девушки всегда выбирают огонь.
penelopponezцитирует5 лет назад
А тебе, Полумуж, чего не хватает?
«Джейме. Шаи. Тиши… жены, которую он едва знал».
– Вина, девок и денег. Денег особенно – на них можно купить и вина, и девок.
Юлия Осинацитирует5 лет назад
Что сказала бородатая королева?
– Ее величество отказала нам в помощи.
– Не до того, да? Бороду выщипывать надо?
Наталья Липгартцитирует5 лет назад
Лучшее из времен — настоящее,
Romaцитирует5 лет назад
Когда мы приехали, там было полным-полно крыс. Копьеносицы перебили их, теперь там полным-полно копьеносиц. Иногда я скучаю по крысам.
Александр Метелёвцитирует5 лет назад
Он ей платит фальшивой монетой, а она, дурочка, небось считает себя богачкой.
Anna Kryshtalцитирует5 лет назад
Все даты со временем путаются, и история заволакивается туманом преданий
mkolomytsovaцитирует6 лет назад
Месяц смотрел на них из тумана, как сквозь шелковую вуаль.
Dmitry Vedyaninцитирует8 лет назад
Джон, на удивление довольный тем, что вновь видит эту кислую образину, смотрел, как Эдд подбирает хлебом желток. – Ну, как там у вас дела? – Лет через десять отстроимся, – отвечал Эдд. – Когда мы приехали, там было полным-полно крыс. Копьеносицы перебили их, теперь там полным-полно копьеносиц. Иногда я скучаю по крысам. – А как тебе нравится служить под Железным Эмметом? – Под ним больше Черная Марис служит, милорд, а я мулами занимаюсь. Крапива говорит, они мне родня. Морды у них такие же длинные, это верно, но по части упрямства они ушли далеко вперед, и с их матерями я незнаком. Люблю яишенку, – вздохнул, доев, Толлетт. – Не скармливайте одичалым всех наших кур, ладно, милорд?
dorothyцитируетв прошлом месяце
Томмену говорят, что он король по праву рождения; Эйегона учили, что быть королем – тяжкий долг, что на первом месте у государя стоит народ.
dorothyцитируетв прошлом месяце
В сумраке, который малочисленные свечи почти не рассеивали, выделялось приотворенное окно. На подоконнике сидел ворон, самый большой из виденных сиром Киваном – крупнее охотничьих ястребов в Бобровом Утесе, крупнее сов. Луна серебрила его оперение.

«Нет, дело тут не в луне. Он не черный, этот ворон. Он белый».

Белые вороны в отличие от своих черных сородичей писем не носят. Цитадель Староместа рассылает их лишь затем, чтобы оповестить о смене времен.
dorothyцитируетв прошлом месяце
Но однажды у лорда-отца, когда он поднимался по крутой лестнице в ее спальню, приключился разрыв сердца, и судьба его наложницы круто переменилась. Все прихлебатели, именовавшие себя ее друзьями, тут же от нее отвернулись, когда Тайвин раздел женщину донага и прогнал по городу, как обычную шлюху. Ему и присниться тогда не могло, что его золотую дочурку ждет та же участь.
dorothyцитируетв прошлом месяце
– На этом самом месте не так давно стоял его дядя, – заметил великий мейстер Пицель, когда Коннингтон удалился. – И обещал королю Эйерису голову Роберта Баратеона.

«Вот что значит дожить до глубокой старости: всё, что ты видишь и слышишь, напоминает тебе о событиях твоей молодости», – подумал сир Киван
dorothyцитируетв прошлом месяце
Солнце пока только прорезалось над краем земли, и горсточка ярких звезд еще светила на небе. Быть может, одна из них – это кхал Дрого. Он ездит по ночным землям на огненном жеребце и смотрит, улыбаясь, на Дени.
dorothyцитируетв прошлом месяце
Дейенерис Таргариен не была чужой в этой великой степи, простирающейся от Квохорского леса до Матери Гор и Чрева Мира. Впервые она увидела травяное море молодой женой кхала Дрого, на пути в Вейес Дотрак, где ее должны были представить старухам из дош кхалина. От ходящих волнами трав у нее перехватывало дыхание. Небо тогда было таким же синим, трава зеленела, и в сердце ее жила надежда. Сир Джорах, ворчливый старый медведь, оберегал ее; Ирри, Чхику и Дорея ухаживали за ней; ее солнце и звезды обнимал ее по ночам, и в ее чреве росло дитя. Рейего, так она хотела назвать его, а дош кхалин объявил его жеребцом, который покроет весь мир. Так счастлива она не была со времен полузабытого Браавоса.
dorothyцитируетв прошлом месяце
Древние валирийцы управляли драконами с помощью чар и волшебных рогов, в распоряжении Дейенерис были только слово и кнут. Ей казалось, что она заново учится ездить верхом. Если хлестнуть Серебрянку по правому боку, она повернет налево, ибо первейший лошадиный инстинкт велит ей бежать от опасности. Если хлестнуть по правому боку Дрогона, он повернет направо, ибо первейший драконий инстинкт велит ему нападать. Порой он и вовсе летит куда вздумается, как его ни хлещи. Кнут скорее раздражает его, чем причиняет боль: чешуя у него сделалась тверже рога.
dorothyцитируетв прошлом месяце
он был нашим принцем. Мы обязаны были повиноваться ему.

С этим сир Барристан, всю свою жизнь повиновавшийся безумцам и пьяницам, не мог спорить.
dorothyцитируетв прошлом месяце
На мысль о выкупе Селми навела Миссандея, сам бы он не додумался. В Королевской Гавани подкупом ведал Мизинец, а врагов короны ссорил меж собой Варис; обязанности самого сира Барристана были намного проще. Миссандея в свои одиннадцать лет будет поумнее половины мужчин за этим столом.
dorothyцитируетв прошлом месяце
Драконов он не видел и не ожидал, что увидит: не любят они, когда с неба льет.
dorothyцитируетв прошлом месяце
– Призрак, – прошептал он, мучимый болью. Коли острым концом. Третий кинжал вошел в спину между лопаток, и Джон ничком повалился на снег. Четвертого кинжала он не ощутил – только холод.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз