Без названия

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
П Р Е Д И С Л О В И Е
В июне 1940 года Франция потерпела жестокое поражение в войне С Германией. Это поражение, происшедшее меньше чем через
десять месяцев после начала войны и немногим больше месяца после
начала решительных военных действий, стало для страны националь
ной катастрофой. Большая половина страны, в том числе столица
Франции — Париж, ее крупнейшие промышленные центры, транспорт
ные узлы, морские порты заняты гитлеровскими войсками. Промыш
ленность в значительной мере разрушена войной и бездействует.
Сельское хозяйство подорвано. Финансы — в плачевном состоянии, тем более, что Франция выплачивает чудовищные суммы — 12 миллиардов
франков ежемесячно — на содержание германских оккупационных
войск.
В стране царят голод и нищета. Рабочие остались без работы,
крестьяне разорены. Беженцы — их было свыше 10 миллионов, — воз вращаясь на родные места, зачастую заставали развалины вместо до мов. Два миллиона военнопленных остаются в Германии; четыреста
тысяч жителей Лотарингии насильственно выселены гитлеровцами с родины. Гитлеровцы грабят Францию, они вывозят в Германию бук вально все, что можно вывезти. Фашистские варвары вместе со своими
подручными — так называемым правительством Виши— установили в стране режим свирепого террора и червой реакции.
Кто же виноват в военном поражении Франции? Почему большая
европейская страна, с 42-миллионным населением, страна, располагав
шая мощной промышленностью, поставившая под ружье 51 /2 —милли
онную армию, сопротивлялась неприятельскому наступлению всего
лишь 38 дней?
Статьи и книги талантливых французских писателей и журнали
стов, собранные в настоящем сборнике, содержат много интересных
фактов и ярких иллюстраций, помогающих ответить на этот вопрос.
Находясь в гуще политической жизни Франции, авторы были
хорошо осведомлены о том, что происходило в стране за последние
годы.
3 Внешняя и внутренняя политика Франции была знакома им не
из официальных деклараций премьер-министров или парламентских
речей. Они имели доступ к ней не с парадного, а с черного хода.
Они близко знали закулисные стороны правительственной деятельно
сти, ее скрытые пружины. Они слышали и видели многое, что скры
валось от широкой публики за дверьми министерских кабинетов, по литических салонов.
В этом и заключается главная ценность их статей, дневников
и записей.
Статьи и очерки, собранные в настоящем сборнике, наглядно
показывают, что причины военного поражения Франции надо искать
не столько в личных качествах тех или иных деятелей или в от
дельных ошибках командования, сколько в политике правящих кругов
Франции на протяжении, по крайней мере, последних 7–8 лет.
Задолго до начала второй мировой войны над Францией стали
сгущаться зловещие тучи. Фашистская Германия вооружалась и угро
жала Франции новой войной.
«До тех пор, пока вечный конфликт между Германией и Фран
цией будет разрешаться нами только в форме обороны, он никогда
на деле разрешен не будет… Нужно понять, что мы должны, нако
нец, собрать все свои силы для активной борьбы с Францией, для последнего решительного боя», — писал Гитлер в своей книге «Mein
Kampf».
Главарь фашистских бандитов открыто и цинично призывал к у н и ч т о ж е н и ю Франции.
Было очевидно, что гитлеровская Германия готовится напасть
на Францию, и вопрос может стоять только о с р о к е этого напа
дения.
Перед правящими кругами Франции возник вопрос: что делать
дальше, какой внешнеполитический курс следует избрать?
Готовиться ли к неизбежному столкновению с Германией, либо
пассивно смотреть на рост ее вооружений, на подготовку к войне?
Правящие круги Франции не колебались в выборе пути.
Внешний враг, Гитлер, не был так страшен французской буржуазии,
как рабочий класс, трудящиеся Франции, поднимавшиеся на борьбу
против капиталистической эксплоатации. Когда успехи Народного
фронта в 1936 году привели французскую буржуазию в состояние
панического испуга, она противопоставила росту революционного
движения внутри страны капитуляцию во вне.
«Правящие круги Франции не были связаны с народом и не
только не опирались на него, но боялись своего народа, имеющего
заслуженную славу свободолюбивого народа со славными, революци
онными традициями. В этом одна из серьезных причин вскрывшейся
4 слабости Франции», — так говорил товарищ Молотов, оценивая причи
ны поражения Франции, и статьи Симона, Пертинакса, Моруа, Ромэна,
Уотерфилда дают много ярких иллюстраций к этим словам.
Правящие круги Франции боялись своего народа.
Поэтому они организовали «бегство» капиталов за границу и расстраивали экономическую жизнь страны, лишь бы спровоцировать
поражение Народного фронта.
Поэтому они не развивали и не совершенствовали военную про мышленность. Поэтому они поддержали захват Италией Абиссинии
в 1935 году, хотя в результате абиссинского похода Италия укрепила
свои позиции на Средиземном море и в Африке в ущерб Франции.
Поэтому они проводили политику «невмешательства» по отношению
к республиканской Испании, заведомо идя на то, чтобы создать угро
зу южной границе Франции. Поэтому они дали согласие на присое
динение Австрии к Германии, а несколько позднее пошли на согла
шение в Мюнхене, рассчитывая ценой предательства Чехословакии
повернуть Германию на восток, против СССР, и развязать себе руки
для борьбы с французским народом. Антисоветская внешняя полити
ка французской буржуазии шла вразрез со стремлениями француз
ского народа, вразрез с государственными интересами Франции; она привела к гибельным результатам.
«…Французские руководящие круги… слишком легкомысленно от неслись к вопросу о роли и удельном весе Советского Союза в делах Европы». Это обстоятельство, отмечал товарищ Молотов, сыг рало не малую роль в поражении Франции в войне.
Правящие круги Франции сознательно вели страну к капитуляции
перед гитлеровцами. Именно этим объясняется преступное отно
шение к защите французских границ: известно, что линия Мажино
не была продлена на север.
Сердцевиной «оборонительной» военной доктрины, которую испо
ведывал французский генеральный штаб и высший командный состав
французской армии, была капитулянтская политика. Это наглядно
показано в статье Пертинакса и в книге Симона.
Вступление в войну со слабой авиацией и артиллерией, с мало
численным и недостаточным по своей мощности танковым парком
явилось результатом той же капитулянтской политики французской
буржуазии.
Поэтому же первые месяцы войны, «войны без событий», ни в
малейшей степени не были использованы французским правитель
ством и командованием армии для того, чтобы восполнить зияющие
провалы в •военной подготовке страны. Правительству было не до
этого. Оно занималось главным образом наступлением на рабочий
класс Франции, карательными походами против коммунистов, а также
5 организацией помощи белофиннам и подготовкой нападения на Совет
ский Союз как на севере, так и на Ближнем Востоке.
Кто же оставил страну разоруженной в столкновении с против
ником, кто проиграл войну с Германией задолго до того, как она
началась? Кто толкнул Францию к величайшей в ее истории нацио
нальной катастрофе?
В книгах и статьях Моруа, Романа, Пертинакса, Симона мы на
ходим большую галлерею красочных портретов правителей Третьей
республики накануне ее краха.
Перед читателем проходят представители радикал-социалисткой
партии — Даладье, Боннэ, Шотан, Эррио, вождь социалистов — Леон
Блюм, правые — Фланден, Рейно, Лаваль, генералы Вейган, Гаме
лен, Петэн и многие другие. Надо отдать справедливость писателям
и журналистам, — вне зависимости от их желания им удалось дать
выразительную и отталкивающую картину политической жизни буржу
азной Франции накануне военного разгрома. Вот они — вершители
политических судеб французского народа — ограниченные и мелкие
политиканы, честолюбцы и фразеры, красноречивые парламентарии,
ловко умеющие драпировать капитулянтскую политику пышными
фразами о мире, свободе и праве. Многие из них прошли обычный
для французского буржуазного политика «стаж» в рядах реформистов
всех мастей и обучались там сложной «науке» политического обмана
масс, оппортунизма, искусству демагогии.
Достойные выученики Мильерана, Бриана, Виниани, ренегаты, без мерно ненавидящие революционный рабочий класс, политические кон дотьеры, готовые продаться кому угодно, взяточники, участники раз нообразных афер и панам, — таковы были люди, стоявшие во главе
государственной машины. К ним в полной мере может быть отнесена
характеристика, в которой Маркс заклеймил правительство Тьера,
Фавра, Трошю, пришедшее к власти в сентябре 1870 г.
В самом деле, подобно своим предшественникам, правительства
III республики: тридцатых годов, также вынужденные выбирать между
рациональным долгом и классовыми интересами, не колебались ни минуты и превратились в правительства национальной измены.
Подобно Тьеру, правители III республики тридцатых годов были
верны только своей «ненасытной жажде богатства и ненависти к людям, создающим это богатство». Подобно Тьеру, они являлись
мастерами мелких государственных плутней, виртуозами в веролом
стве и предательстве. Подобно Тьеру, наконец, они были напичканы
классовыми предрассудками вместо идей, наделены тщеславием вместо
сердца, так же грязны в частной жизни, как гнусны в жизни об щественной.
Эти) люди, как и непосредственные их руководители, хозяева
6 Французского банка, всей своей деятельностью полностью подтвер
дили ленинские слова:
«Когда… дело доходит до частной собственности капиталистов
и помещиков, они забывают все свои фразы о любви к отечеству
и независимости… Когда дело касается до классовых прибылей, бур жуазия продает родину и вступает в торгашеские сделки против
своего народа с какими угодно чужеземцами».
Так французские правители продали родину.
Уже до войны подлинными хозяевами Франции были не францу
зы, а немецкие фашисты, гитлеровцы. Они имели во Франции своих
министров во французском правительстве, своих генералов во фран
цузской армии, свои, «французские», газеты (в том числе самые
крупные), своих издателей, редакторов и журналистов. Мудрено ли,
что при неслыханной продажности верхов гитлеровская агентура
хозяйничала во Франции как у себя дома. Секретнейшие решения
правительства, политические и военные планы не только становились
известными Германии, но зачастую и составлялись именно в ее инте
ресах, а не в интересах Франции. Капитулянты систематически ра зоружали страну. Этим в значительной мере объясняется быстрота
наступления германской армии в мае—июне 1940 г. Гитлеровские
войска, как признали сами фашисты, и войне с Францией не имели
перед собой серьезного противника. Сопротивление французской армии
было заблаговременно подорвано и парализовано с помощью прави
телей Третьей республики. Так политика капитулянтов достигла
своего логического завершения — военного разгрома Франции.
Правители Виши, маршал с его адмиралами и генералами, по праву заслужившие единственный «чин» — предателей и изменников
своей родины, — пытались свалить вину за поражение Франции толь
ко на бывших — до-компьенских — министров и военных. Однако ни как нельзя скрыть того факта, что Петэн, Дарлан, Лаваль и их
сподвижники из Виши оставили далеко позади прежних вершителей
судеб Франции. Те предавали страну тишком, по частям; эти — откры
то отдают ее на разорение фашистским варварам. Те торговались с Гитлером, эти — подобострастно лижут сапоги германского ефрейтора.
Правители Виши используют французский народ как пушечное мясо
для военной мясорубки германского фашизма: по приказу Гитлера,
Петэн, Дарлан и Вейган послали французские войска сражаться с врагами фашистской Германии и с друзьями свободной Франции — с англичанами и французскими войсками генерала де Голля.
Наконец, в угоду своему хозяину Гитлеру правительство Виши
разорвало дипломатические отношения с Советским Союзом.
Петэн, Дарлан и вся отвратительная клика Виши горит желанием
участвовать в подлом захватническом походе немецко-фашистских
7 варваров против русского народа, который не раз спасал Францию
от угрозы немецкого нашествия.
Но планы Гитлера и его французских наемников осуждены на провал.
Нет никакого сомнения в том, что свободолюбивый французский
народ, воодушевленный героической борьбой Советского Союза с гит
леровцами, свергнет позорное иго фашистских захватчиков, рассчи
тается сполна со всеми виновниками национальной катастрофы и возродит страну на новой основе.
Внутренние силы, таящиеся во французском народе, неистребимы,
а славные исторические традиции борьбы за свободу и независимость
умножены на тяжелый, но поучительный опыт, полученный француза
ми за последние годы и в особенности во время войны и фашистской
оккупации,
В борьбе с наглыми гитлеровскими завоевателями и их лакеями
из Виши французскому народу обеспечена горячая помощь и под
держка всего прогрессивного человечества.
А н д р е С и м о н
«ЯОБВИНЯЮ!»
Правда о тех, кто предал Францию
КАПИТУЛЯЦИЯ
Это произошло 16 июня 1940 года. Я не знал почти до самого вечера, что то было мое последнее воскресенье во Франции. Такие дни не забываются: все, кто пережил ро ковые часы в Бордо, навсегда сохранят их в памяти.
Я приехал в этот красивый старый портовый город на кануне — журналист без газеты. 11 июня старый потре
панный «ситроен» вывез нас четверых из Парижа. Наша
маленькая машина ползла со скоростью десяти миль в час
в сплошном потоке автомобилей, автобусов, грузовиков,
велосипедов и повозок. Мы уже не обращали внимания
на бесконечные остановки. Мы не находили слов для ответа, когда встревоженные крестьяне спрашивали нас:
«Что же будет?» Мы не знали, где были немцы и где
была французская армия, да и существовала ли она еще.
Как и сорок миллионов других французов, мы еще не осмыслили подлинного значения того, что произошло. Мы не знали, будет ли наша газета печататься где-нибудь в провинции. Мы знали лишь одно—что правительство Поля
Рейно переехало в Тур, живописный средневековый город
на берегу Луары. И мы направились туда же.
Мы добрались до Тура через шестнадцать часов. Ули цы новой столицы были полны беженцев. В гостиницах
немыслимо было получить комнату. В городе невозможно
было достать еду. Мы ночевали в машине.
Когда я приехал в Тур, наступление «пятой колонны»
в самом правительстве и вне его было в полном разгаре.
Один из министров, которого я встретил у здания мэрии,
сказал мне, что генерал Максим Вейган, новый главноко
9 мандующий, решительно заявил о безнадежности сопро
тивления натиску германских войск. Его предложение за ключить перемирие поддерживают два заместителя премь
ера — престарелый маршал Анри-Филипп Петэн и изворот
ливый Камиль Шотан. «Сегодня, — сказал мне министр, —
судьба Франции висит на волоске».
Он рассказал мне следующее. Во время заседания ка бинета министров генерал Вейган внезапно встал и вышел
из комнаты. Через несколько минут он вернулся в страш
ном волнении, с криком: «Коммунисты завладели Пари
жем! В городе беспорядки! Морис Торез в Елисейском
дворце!» Вейган потребовал, чтобы немцам было немед
ленно отправлено предложение о перемирии. «Мы не мо
жем отдать страну коммунистам, это наш долг перед
Францией!»
По словам моего собеседника, сообщение Вейгана про извело сильное впечатление. Но Жорж Мандель, министр
внутренних дел, немедленно подошел к телефону и вы
звал парижского префекта. Ему сообщили, что в Париже
все спокойно, нет ни беспорядков, ни уличных боев. Ма невр Вейгана сорвался.
— Надолго ли? — с унынием спрашивал меня министр.

Да, надолго ли? Из отелей и кафе, битком набитых по литическими деятелями, распространялись слухи. Я обо
шел все кафе на главной улице города. В течение одного
только часа я услышал, что немцы будут в Туре сегодня
вечером; что англичане за спиной французов просили у немцев перемирия; что Уинстон Черчилль покончил с со
бой; что его примеру последовал Поль Рейно; что Париж
в огне; что с часу на час должно вспыхнуть коммунистиче
ское восстание; что оно уже началось. И, наконец, послед
ний, но далеко не маловажный слух, что Гитлер предло
жил Петэну — «как солдат солдату» — почетные условия
мира.
В одном из кафе смуглый Пьер Лаваль, бывший премь
ер, беседовал с несколькими чиновниками министерства.
Он утверждал, что давно предвидел все это. «Я всегда
стоял за соглашение с Германией и Италией, — говорил
он. — Эта безумная пробританская политика и авансы,
которые мы делали Советской России, погубили Фран
цию. Если бы послушались моего совета, Франция теперь
была бы счастливой страной, наслаждающейся благами
мира».
10 Его перебил пожилой человек в сером костюме. «Гос
подин Лаваль?«—спросил он и, прежде чем Лаваль успел
ответить, дал ему пощечину. Воспользовавшись переполо
хом, старик скрылся в толпе. Впоследствии я узнал, что его сын, летчик, погиб в бою.
Такова была атмосфера в Туре, когда прибыл Уинстон
Черчилль в сопровождении лорда Галифакса и лорда Би¬
вербрука. Они направились в здание мэрии, где их ожи
дали французские министры.
Это была драматическая встреча. В любой момент
чаша весов могла склониться в пользу капитуляции Фран
ции. Обе стороны знали, что, быть может, в последний
раз разговаривают как союзники. Они знали, что кампа
ния во Франции проиграна. Они уже не в силах были
остановить ход событий на континенте, они обсуждали
лишь вопрос о том, будет ли правительство Рейно продол
жать вести войну на территории огромной французской
империи с ее семидесятимиллионным населением; может
ли быть эвакуирована часть французской армии; и жиз
ненно важный для британцев вопрос — будет ли француз
ский флот продолжать сражаться на стороне Англии.
В эти дни получить точную информацию было особен
но трудно. Я слышал различные версии об этих историче
ских переговорах. Один рассказывал о бурной сцене меж ду Вейганом и Черчиллем. Другой описывал маневры Шо-
тана, имевшие целью склонить французских министров на перемирие с немцами. В конце концов французские и ан
глийские министры сошлись на том, что Рейно еще раз об ратится за помощью к Соединенным Штатам.
Когда Рейно вышел после заседания кабинета, его об ступили журналисты. «Будете ли вы продолжать войну?» —
спросили они. «Разумеется», — поспешно, как-то слишком
поспешно ответил премьер-министр. Я как сейчас слышу
звук его голоса.
Затем произошло нечто странное: внезапно был опуб
ликован текст призыва о помощи, с которым Рейно не сколько дней назад обратился к Рузвельту. Рейно писал в этом обращении, что, если потребуется, Франция будет про должать сражаться в Африке.
— Мы напечатали это обращение,—объяснил нам один

из высших чиновников министерства информации, — чтобы
усилить давление на Соединенные Штаты.
— А что, если ответ будет неблагоприятный? — спро

11 сил один из моих коллег-журналистов. — Ведь это произ
ведет угнетающее действие.
Чиновник только пожал плечами.
Все это выглядело подозрительно. Нельзя было уста
новить, кто ответственен за публикацию обращения —
премьер Рейно или министр информации Жан Пруво, сто ронник перемирия.
Распространялись все новые слухи. Наши английские
коллеги говорили, что их посольство весьма мрачно смот
рит на создавшееся положение. Рассказывали, что у Чер
чилля после совещания не осталось сомнения в том, что капитуляция Франции — вопрос ближайших дней.
Мучительная неуверенность и нервное напряжение дли лись весь следующий день. И вот мы снова в пути. Теперь
мы двигались в Бордо, где уже однажды, в 1914 году,
французское правительство искало убежища от герман
ских войск. Но в 1914 году им не удалось дойти до Па
рижа. Сейчас они вступили во французскую столицу.
Когда в Тур пришло известие, что Париж пал, никто
из нас не произнес ни слова. Мы сели в машину и дви
нулись в путь. Призрак побежденного Парижа следовал
за нами. Париж, прекрасный, жизнерадостный город мир ного времени, Париж, разрушаемый снарядами, печаль
ная, траурная столица дней войны, поруганный символ
воли народа, его стремления к свободе, — теперь он был в руках врага.
В Бордо слухов было еще больше. С каждым часом
все возрастало влияние группы Петэна — Вейгана.
Мэр города Бордо, Адриен Марке, успевший за время
своей политической карьеры превратиться из социалиста в фашиста, теперь провозглашал, что «новая Франция» долж
на сотрудничать с Германией, дабы покончить с комму
низмом, демократией и, конечно, с евреями. Его друг
Пьер Лаваль, вокруг которого толпа политиканов стала
еще гуще, твердил, как попугай, одно и то же: «Муссоли
ни свой человек, он не даст Германии слишком сурово
обойтись с Францией».
Сторонники Петэна усердно трубили по всему городу,
что престарелый маршал — единственный человек, который
может добиться от немцев почетных условий мира. Он,
«герой Вердена», на развалинах поверженной Франции по-
12 строит новую Францию — по образу и подобию католиче
ской Испании Франко.
Приспешники Петэна, Марке и Лаваль, сходились на том, что в поражении Франции виновны Народный фронт,
Советская Россия и Англия.
Британский консул рекомендовал английским журнали
стам готовиться к отъезду.
Опубликовано было еще одно обращение Рейно к Со
единенным Штатам. В нем проскальзывали чрезвычайно
пессимистические нотки. Премьер просил «самолетов и самолетов» и тут же добавлял: «Существование Франции
поставлено на карту. Наша борьба, с каждым днем все более мучительная, теряет всякий смысл, если, продолжая
ее, мы не видим перед собой хотя бы проблеска надежды
на общую победу».
Предвестие капитуляции? Два-три министра усиленно
отрицали это. «Завтра, — заявил один из них, — будет ре шено, куда переедет правительство, чтобы продолжать ве сти войну».
Это завтра было то самое воскресенье, о котором я уже говорил. Мое последнее воскресенье во Франции…
Почти никто не спал в ту ночь. Все знали, что ближай
шие 24 часа решают все.
Совет министров заседал три раза. Главной темой спо ров был ответ Рузвельта. На первом заседании сторонники
сопротивления ссылались на одну фразу его ответа:
«С каждой неделей все больше американского снаряже
ния будет направляться союзникам». После заседания стало
известно, что тринадцать министров все еще стояли за продолжение войны, одиннадцать высказались против.
На дневном заседании совета министров обсуждалось
английское предложение создать единое франко-британ
ское правительство с объединенным франко-британским
парламентом. К концу заседания большинство кабинета
попрежнему высказывалось за продолжение войны. Голо
са снова разделились: тринадцать — за и одиннадцать —
против. Один из министров сказал мне, что решено пере нести совет министров в Перпиньян — город на франко-
испанской границе. Оттуда можно было легко перебраться
воздушным путем в северо-африканские владения Фран
ции.
Что произошло в течение следующих двух часов, до сих пор остается тайной. Известно лишь, что за это время
13 состоялось несколько бесед большого значения. Рейно
заперся с генералом Вейганом и графиней Элен де Порт,
своей подругой. Известно было, что она стоит за капиту
ляцию.
Министр авиации Лоран-Эйнак, голосовавший за про
должение войны, имел длительный разговор с маршалом
Петэном.
Камиль Шотан обрабатывал министра снабжения, Анри
Кэйля. Оба они виделись с президентом Лебреном.
Третье заседание кабинета началось около 10 часов ве чера. Длилось оно недолго. Заместитель премьера, Шотан,
не теряя времени, потребовал немедленного обращения к немцам с предложением о перемирии. Если условия ока жутся неприемлемыми, рассуждал Шотан, французский на род с тем большей энергией будет продолжать войну. Ему возражал Жорж Мандель: как только Франция заговорит о перемирии, ни одного французского солдата нельзя будет
снова заставить сражаться.
Шарль Помарэ, министр труда, поддержал Шотана
своим резким выступлением против Великобритании. Ему вторил Ибарнегарэ, весьма прозрачно намекнувший на еврейское происхождение Манделя. Нет ничего удиви
тельного, заявил он, что евреи — за войну, любой ценой.
Маршал Петэн и генерал Вейган снова извлекли на свет старое пугало — коммунистическую опасность. Прези
дент Лебрен был на их стороне.
Рейно выступил за принятие английского предложения.
Но некоторым министрам показалось, что он говорит без внутренней твердости. Тогда Шотан повторил свое пред
ложение. И вот тут-то произошел перелом. Два министра,
Лоран-Эйнак и Кэйль, до сих пор стоявшие за сопротив
ление, перешли на сторону Шотана. Соотношение сил изме
нилось. Министр-социалист, входивший в кабинет, тут же
поспешно переметнулся на сторону петэновского большин
ства. Вопрос был поставлен на голосование. Четырнадцать
голосов было подано за капитуляцию, десять — против.
Кабинет Рейно перестал существовать. Восьмидесяти
четырехлетний старец Петэн сделался премьер-министром
Франции.
Мы выслушали это решение в полном молчании. Через
некоторое время кто-то заметил: «Видно, такова уж судь
ба старых маршалов — вручать свою родину Гитлеру. Гин¬
денбург — в Германии, Петэн — во Франции…». 14
Эта книга сейчас недоступна
587 бумажных страниц

Впечатления

Как вам книга?

Вход или регистрация
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз