Цитаты из книги ««Сквозь тусклое стекло». 20 глав о неопределенности», Михаил Ямпольский

Характерным примером бродячих и детерриториализованных «мест» являются «алтари», «монументы» и «киоски» Томаса Хиршхорна.
И это движение — движение формы, правда не формы станковой картины, но формы «нигиляционного» кинематографа
Бадью. Он пишет о пустоте как о «непрезентируемой, но необходимой фигуре, обозначающей разрыв между сведенным к единице результатом презентации и тем, на основе чего происходит презентация
единообразие картезианского по своим истокам пространства очень напоминает сартровскую «нигиляцию», когда все уходит в фон, растворяется в нем, когда фигура не являет себя
в какой-то момент Сартр вынужден признать, что ничто не только делает фон однородным и бесформенным, но само является фигурой.
В тех же «Веревках» Кабакова были «выставлены» окурки и отстриженные ногти. Если представить себе окурок или отстриженный ноготь за пределами инсталляции, на полу, в урне неподалеку и т.д., то эти не представленные в инсталляции вещицы оказываются ничем, они не подвержены счету, не включены в структуру и т.д. Это ничто, это невидимое место, в котором противоречивое множество обнаруживает себя как пустоту, однако, чрезвычайно важно.
Идею о том, что ничто может структурировать феноменологическое поле человека, высказал когда-то Сартр в своем капитальном труде «Бытие и ничто»
Но, пожалуй, еще более радикальным проектом был проект Константинова Chrezeturm в швейцарском городке Штайн на Рейне. Здесь он завернул в свои расчерченные синим скотчем листы подлинный старый дом с обитателями (илл. IV, V на цветной вклейке). Тем самым он выделил этот дом, сделал его особенно зримым, поместил его целиком в свою инсталляцию и одновременно совершенно лишил его реальности
Когда инструмент или бытовой предмет под рукой и используется нами, мы его не замечаем. Именно отсутствие, manque структурирует наш мир так, что частичный предмет становится навязчиво наличествующим.
льи Кабакова «Человек, который улетел в Космос из собственной квартиры» (1982), где физически представлена дыра в потолке, а пустая комната с зияющей дырой напоминает свалку хлама
ваемое, отсутствие, считал Леклер, сознание цепляется за любую частичную репрезентацию, подворачивающуюся под руку, лишь бы она была связной и узнаваемой: «часть тела, но также часть одежды или мебели, способных завуалировать этот неназываемый ужас»
Дыра вызывает у человека чувство неизбывной гнетущей тревоги, и эта гнетущая реальность отсутствия придает особое значение тому, что Леклер называл «буквальной конструкцией» (construction littérale)
Смысл такого объекта заключен только в том, что он оторван от целого, к которому отсылает, которое заклинает. Его значение исчерпывается тем, что он выброшен, потерян, что он — отброс.
похожи на «частичные объекты», как их определяла Мелани Кляйн. «Частичный объект» — это часть тела, оторванная от целого. Лакан на основании теории Кляйн предложил концепцию «объекта а». С
В начале 1970-х французский психоаналитик Серж Леклер заметил, что во многих произведениях поп-арта используются отбросы, хлам, чье место — мусорная свалка.
ние пространственной беспредметности, таким образом, происходил как нечто имеющее смысл лишь в лингвистической реальности.
Вынос черного квадрата, который сам по себе отмечает исчезновение места и утвержд
Гораздо интересней то, что вся акция имела смысл только при учете английского ее названия
Black Square on Red Square
Для того чтобы установить имя этого духа, необходимо на расположение звезд на небе спроецировать еврейский алфавит38, так как иврит — язык ближайший к ангельскому: «...когда буквы совместятся с местами вышеназванных звезд и будут маркированы и расположены в соответствии с тем порядком, который царит в звездах, и будут правильно соединены между собой согласно правилам Еврейского языка, явится имя духа, к которому по традиции будет добавлен слог — имя Божественной вездесущести — Эль или Джа»
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз