Цитаты из книги «Седьмая функция языка», Лоран Бине

Anastasiia
Anastasiiaцитирует2 месяца назад
Притязать можно на то, что недостижимо, или выдавать себя за того, кем вы были когда-то, но не будете впредь, господин комиссар. Но вопрос-то не в этом, верно?
Olga Petrunina
Olga Petruninaцитирует3 месяца назад
женщина позиционируется как приложение к мужчине, которому по определению подчинена. Миф об Адаме и Еве в некотором смысле — первородный перформатив: раз уж сказали, что женщина появилась после мужчины, что она его часть, что может что-нибудь отчебучить — например, надкусить яблоко, — и потому, дрянь такая, заслуживает рожать в муках, то, понятное дело, ничего хорошего ей больше не светило.
Maryia Marynich
Maryia Marynichцитирует4 месяца назад
человек, который вот-вот умрет, думает о том, кем он был, но особенно — о том, кем он мог бы стать, о чем же еще?
Maya Kishtaeva
Maya Kishtaevaцитирует4 месяца назад
Интуиция — такая же удобная штука, как бог, если не хочешь ничего объяснять.
Maryia Marynich
Maryia Marynichцитирует5 месяцев назад
Эти лекции, на которые заходи кто хошь, интересны только безработным левакам, пенсионерам, блаженным и преподам, дымящим трубками
mariaiamdrunk
mariaiamdrunkцитирует5 месяцев назад
Переводчики — они везде. Каждый говорит на своем языке, даже немного зная чужой. Лукавства переводчику не занимать, и свой интерес он помнит.

Деррида
Maryia Marynich
Maryia Marynichцитирует7 месяцев назад
В большинстве языков мира «р» — апикально-альвеолярный звук, так называемое раскатистое «р», в отличие от французского, в котором «р» вот уже лет триста — дорсально-велярное. Нет раскатистого «р» ни в немецком, ни в английском. Ни в итальянском, ни в испанском. Может, португальский? Да, слегка гортанный, но произношение у мужика не назальное и недостаточно певучее, можно сказать — монотонное, так что даже модуляции страха едва уловимы.

Как будто русский
Galina Makarova
Galina Makarovaцитирует7 месяцев назад
Компромисс — не обязательно сделка с совестью. В этом самая суть демократии, она требует гибкости и расчета.
Tatiana Yakushkina
Tatiana Yakushkinaцитирует6 дней назад
Heidegger, Heidegger... Sehe ich aus wie Heidegger?»
Tatiana Yakushkina
Tatiana Yakushkinaцитирует6 дней назад
Она не говорит, чтобы он много не пил перед встречей, которая предстоит на неделе. Она уже давно решила относиться к нему как к ребенку и как к взрослому одновременно.
Tatiana Yakushkina
Tatiana Yakushkinaцитирует7 дней назад
В библиотеке Корнелла никогда не заходит солнце, она открыта круглосуточно.
Здесь все книги, о которых Симон может только мечтать, и даже больше. Он как пират в пещере Али-Бабы, но чтобы унести с собой немного сокровищ, достаточно заполнить формуляр.
Alexandra Zhadenchuk
Alexandra Zhadenchukцитирует7 дней назад
о Человек-паук — «сверхштатная» фигура, и это невозможно
Alexandra Zhadenchuk
Alexandra Zhadenchukцитирует7 дней назад
наполняясь ощущением нереальности происходящего и одновременно не менее стойким чувством чего-то знакомого
Alexandra Zhadenchuk
Alexandra Zhadenchukцитирует7 дней назад
Фуко ему улыбается, как всегда плотоядно.
Alexandra Zhadenchuk
Alexandra Zhadenchukцитирует7 дней назад
Для Красной Шапочки реален мир с говорящими волками.
Alexandra Zhadenchuk
Alexandra Zhadenchukцитирует7 дней назад
«Эффект Бобура — имплозия и апотропия»:
«Масса (посетителей), притянутая магнитом этой конструкции, становится ее же переменным фактором разрушения, — если таков замысел разработчиков (что было бы слишком хорошо), если это они запрограммировали возможность уничтожить разом и архитектуру, и культуру, это делает Бобур самым смелым объектом и самым успешным хеппенингом века».
Alexandra Zhadenchuk
Alexandra Zhadenchukцитирует8 дней назад
как так получается, что параллельные миры скользят в одной плоскости и не соприкасаются.
София
Софияцитирует15 дней назад
По интонации каждого вопроса Симон угадывает статус: undergrad [320], аспирант, преподаватель, специалист, соперник... Он легко вычисляет доставучих и робких, лизоблюдов и воображал, но самая многочисленная братия — это те, кто забывает задать вопрос и продолжает бесконечный монолог, упиваясь собственной речью, ими движет насущная потребность высказать свое мнение. Да, в этом театре марионеток определенно дают нечто экзистенциальное.
Viktoriia Bonk
Viktoriia Bonkцитирует15 дней назад
Ролан Барт мертв.
— Но кто его убил?
— Система, разумеется!
Valentyna Ovseienko
Valentyna Ovseienkoцитирует16 дней назад
Симон понимает, что от трансцендентной сущности ждать нечего. Похоже, романист, если он существует, не на его стороне
bookmate icon
Тысячи книг — одна подписка
Вы покупаете не книгу, а доступ к самой большой библиотеке на русском языке.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз