Александр Кушнер

Стихотворения. Четыре десятилетия

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
    Анна Анисимовацитирует6 лет назад
    Мне весело: ты платье примеряешь,
    Примериваешь, в скользкое — ныряешь,
    В блестящее — уходишь с головой.
    Ты тонешь, западаешь в нем, как клавиш,
    Томишь, тебя мгновенье нет со мной.

    Потерянно гляжу я, сиротливо.
    Ты ласточкой летишь в него с обрыва.
    Легко воспеть закат или зарю,
    Никто в стихах не трогал это диво:
    «Мне нравится», — я твердо говорю.

    И вырез на спине, и эти складки.
    Ты в зеркале, ты трудные загадки
    Решаешь, мне не ясные. Но вот
    Со дна его всплываешь: все в порядке.
    Смотрю: оно, как жизнь, тебе идет.
    Анна Анисимовацитирует6 лет назад
    Вот счастье — с тобой говорить, говорить, говорить!
    Вот радость — весь вечер, и вкрадчивой ночью, и ночью.
    О, как она тянется, звездная тонкая нить,
    Прошив эту тьму, эту яму волшебную, волчью!

    До ближней звезды и за год не доедешь! Вдвоем
    В медвежьем углу глуховатой Вселенной очнуться
    В заставленной комнате с креслом и круглым столом.
    О жизни. О смерти. О том, что могли разминуться.

    Могли зазеваться. Подумаешь, век или два!
    Могли бы заглядеться на что-нибудь, попросту сбиться
    С заветного счета. О, радость, ты здесь, ты жива.
    О, нацеловаться! А главное, наговориться!

    За тысячи лет золотого молчанья, за весь
    Дожизненный опыт, пока нас держали во мраке.
    Цветочки на скатерти — вот что мне нравится здесь.
    О Тютчевской неге. О дивной полуденной влаге.

    О вилле, ты помнишь, как двое порог перешли
    В стихах его римских, спугнув вековую истому?
    О стуже. О корке заснеженной бедной земли,
    Которую любим, ревнуя к небесному дому.
    Анна Анисимовацитирует6 лет назад
    Горячая зима! Пахучая! Живая!
    Слепит густым снежком, колючим, как в лесу,
    Притихший Летний сад и площадь засыпая,
    Мильоны знойных звезд лелея на весу.

    Как долго мы ее боялись, избегали,
    Как гостя из Уфы, хотели б отменить,
    А гость блестящ и щедр, и так, как он, едва ли
    Нас кто-нибудь еще сумеет ободрить.

    Теперь бредем вдвоем, а третья — с нами рядом
    То змейкой прошуршит, то вдруг, как махаон,
    Расшитым рукавом, распахнутым халатом
    Махнет у самых глаз, — волшебный, чудный сон!

    Вот видишь, не страшны снега, в их цельнокройных
    Одеждах, может быть, все страхи таковы!
    От лучших летних дней есть что-то, самых знойных,
    В морозных облаках январской синевы.

    Запомни этот день, на всякий горький случай.
    Так зиму не любить! Так радоваться ей!
    Пищащий снег, живой, бормочущий, скрипучий!
    Не бойся ничего: нет смерти, хоть убей.
    Анна Анисимовацитирует6 лет назад
    Контрольные. Мрак за окном фиолетов,
    Не хуже чернил. И на два варианта
    Поделенный класс. И не знаешь ответов.
    Ни мужества нету еще, ни таланта.
    Ни взрослой усмешки, ни опыта жизни.
    Учебник достать — пристыдят и отнимут.
    Бывал ли кто-либо в огромной отчизне,
    Как маленький школьник, так грозно покинут?

    Быть может, те годы сказались в особой
    Тоске и ознобе? Не думаю, впрочем.
    Ах, детства, во все времена крутолобый
    Вид — вылеплен строгостью и заморочен.
    И я просыпаюсь во тьме полуночной
    От смертной тоски и слепящего света
    Тех ламп на шнурах, белизны их молочной,
    И сердце сжимает оставленность эта.

    И все неприятности взрослые наши:
    Проверки и промахи, трепет невольный,
    Любовная дрожь и свидание даже –
    Все это не стоит той детской контрольной.
    Мы просто забыли. Но маленький школьник
    За нас расплатился, покуда не вырос,
    И в пальцах дрожал у него треугольник
    Сегодня бы, взрослый, он это не вынес.
    Анна Анисимовацитирует6 лет назад
    Показалось, что горе прошло
    И узлы развязались тугие.
    Как-то больше воды утекло
    В этот год, чем в другие.

    Столько дел надо было кончать,
    И погода с утра моросила.
    Так что стал я тебя забывать,
    Как сама ты просила.

    Дождик шел и смывал, и смывал
    Безнадежные те отношенья.
    Раньше в памяти этот провал
    Называли: забвенье.

    Лишь бы кончилось, лишь бы не жгло,
    Как бы ни называлось.
    Показалось, что горе прошло.
    Не прошло. Показалось.
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Как нравился Хемингуэй
    На фоне ленинских идей, –
    Другая жизнь и берег дальний…
    И спились несколько друзей
    Из подражанья, что похвальней,
    Чем спиться грубо, без затей.
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    К дяде Пете взгляд его прикован
    Средь добра вселенского и зла.
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Ватикана создатель всех лучше сказал: «Пустяки»,
    Если жизнь нам так нравится, смерть нам понравится тоже,
    Как изделье того же ваятеля»
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Запомни этот день, на всякий горький случай.
    Так зиму не любить! Так радоваться ей!
    Пищащий снег, живой, бормочущий, скрипучий!
    Не бойся ничего: нет смерти, хоть убей.
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Но лгать и впрямь нельзя, и кое-как
    Сказать нельзя — на том конце цепочки
    Нас не простят укутанный во мрак
    Гомер, Алкей, Катулл, Гораций Флакк,
    Расслышать нас встающий на носочки.
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    На что красавица похожа? На бутыль.
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Какое чудо, если есть
    Тот, кто затеплил в нашу честь
    Ночное множество созвездий!
    А если все само собой
    Устроилось, тогда, друг мой,
    Еще чудесней!
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    — Ведь девятое только число, –
    Это жизнь? Между прочим, и это,
    И не самое худшее в ней.
    Это жизнь, это душное лето,
    Это шорох густых тополей,
    Это гулкое хлопанье двери,
    Это счастья неприбранный вид,
    Это, кроме высоких материй,
    То, что мучает всех и роднит
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Какое счастье — сон вдвоем,
    Кто нам позволил это?
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Быть нелюбимым! Боже мой!
    Какое счастье быть несчастным!
    Идти под дождиком домой
    С лицом потерянным и красным.
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Скатерть, радость, благодать!
    За обедом с проволочкой
    Под столом люблю сгибать
    Край ее с машинной строчкой.

    Боже мой! Еще живу!
    Все могу еще потрогать
    И каемку, и канву,
    И на стол поставить локоть!

    Угол скатерти в горсти.
    Даже если это слабость,
    О бессмыслица, блести!
    Не кончайся, скатерть, радость!
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Расположение вещей
    На плоскости стола,
    И преломление лучей,
    И синий лед стекла.
    Сюда — цветы, тюльпан и мак,
    Бокал с вином — туда.
    Скажи, ты счастлив? — Нет. — А так? –
    Почти. — А так? — О да!
    Alexander Pravikovцитирует6 лет назад
    Охота к делам пропадает,
    И в воздухе пахнет зимой.
    «Мой сад с каждым днем увядает».
    И мой увядает! И мой!
    Александр Рыжовцитирует7 лет назад
    Все знанье о стихах — в руках пяти-шести, Быть может, десяти людей на этом свете:
    Александр Рыжовцитирует7 лет назад
    И собственную смерть, смотри, не счел за труд, Надеждой не прельщен, заминкой не обманут. Прости, я не люблю стихов на смерть друзей, Знакомых: этот жанр доказывает холод Любителя, увы, прощальных строф, при всей Их пылкости; затей Неловко стиховых, и слишком страшен повод. Уж плакальщиц нанять приличней было б; плач Достойней рифм и ямба. Тоска, мой друг, тоска! Поглубже слезы спрячь
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз