Виктория Трелина

Жила-была девочка

    Татьяна Хмелевацитируетв прошлом месяце
    , когда вечная соня – Римка засыпает в халате на не разобранном диване, мы с её братом и маленькой Оксанкой идём в умывальник – пробовать соседскую пасту. На нашей стороне все пасты мятные и противн
    Natalya Bogomolovaцитирует2 года назад
    Сегодня Маринка придёт со своим магнитофоном, чтобы записать мне своих песен. Я кручу кассету на карандаше, потому что у меня сломалась «перемотка назад».
    Natalya Bogomolovaцитирует2 года назад
    Рядом раскладушка с ангорскими вещами – капоры, длиннющие пушистые шарфы. Здесь же кофты с люрексом и тёплые вязаные лосины с узором.
    Natalya Bogomolovaцитирует2 года назад
    скирд соломы, накрытый толем, с перевешенными на нём кирпичами на проволоке.
    Natalya Bogomolovaцитирует2 года назад
    Забор у бабушкиной тёти деревянный, на нём всегда сохнут какие-то банки, суконные носки и старинные кувшины
    Natalya Bogomolovaцитирует2 года назад
    Я никого не знаю, но зато все знают меня и говорят дедушке, какая я уже выросла большая.
    Иринацитирует3 года назад
    Но так уж вышло: я во всём равняюсь на дедушку даже теперь, когда мне уже исполнилось шестнадцать, и я получила паспорт – символ свободы и независимости. Несмотря на это, решаясь сделать какой бы то ни было ответственный шаг, я всегда думаю: а понравится ли это самому мудрому и справедливому человеку на свете – моему дедушке? Поэтому ничего лишнего Алёшке я не позволяю, да он и не настаивает. Он никогда не обидит меня, потому что ЛЮБИТ. По-настоящему. Теперь я знаю, что это такое.
    Иринацитирует3 года назад
    Белый с Веталем хватают под руки Юльку и волокут её за кормоцех.
    – Будешь сосать, дура? – кричит Виталик.
    – Надо выручать Юльку, – вскакиваю я.
    Кто ещё заступится за дочку алкоголиков? Почему они так грубо обходятся с ней. Ведь Юльке ещё нет и четырнадцати. Я в её годы даже на улицу не ходила.
    – Вит, не надо, – Королёва смотрит на меня с жалостью, – они давно с ней так.
    – Тем более, надо это прекратить, – я бегу за угол, – отстаньте от неё.
    – Иди домой, – Виталик смотрит мне в глаза пьяным, невидящим взглядом, – Иди, а она останется.
    – Отпусти Юльку, – я бесстрашно иду на Виталика. Я даже хочу поссориться с ним сейчас. Пусть он ударит меня, набьёт фингал. А потом слёзно просит прощения, а я буду упираться, вырывать руки и уходить.
    – У, сука! – Виталик идёт на меня, его взгляд мутно – ненавидящий пронзает насквозь. Сейчас вмажет – чувствую я.
    – Иди, домой, овца, – Белый вырывается вперед и толкает меня в грудь. Не больно, но сильно. Я чувствую вкус собственных слёз.
    – Козлы, вонючие. Как вы все меня достали! – я плачу от обиды и несправедливости. Почему все парни, которые созданы, чтобы защищать и любить девушек, такие подонки?
    ………..
    – Зачем ты к ним лезла, – Королёва вытираем мои слёзы своей рукой, – зайка, ты ещё не поняла какие они все?
    Иринацитирует3 года назад
    Хотя у меня эта искра тоже не вспыхнула. Вот, пожалуйста, то, о чём я говорила: странное свойство женской психологии. Ведь Саша – высокий и такой положительный, почему бы мне не начать с ним встречаться. Нет, ведь. Не тянет. Вот ни капельки не хочется поцеловать его. И всё тут!
    Иринацитирует3 года назад
    Только ты ресницы накрась, и спортивные штаны не надевай, – поучающим тоном наставляет меня Королёва.
    Меня бесит это в ней. Я считаю, что достойна любви в любом виде, и если я кому-то не нравлюсь ненакрашенной, вряд ли этот кто-то создан для меня. У меня и без туши выразительные карие глаза, не то, что у Королёвой, её светло-голубые.
    Иринацитирует3 года назад
    Нет уж, несколько дней не видеть прикольных красавчиков, не чувствовать их запах. (Они все душатся одной туалетной водой, и если пару раз за вечер, балуясь, дотронуться до Дэна или Игоря, ладони начинают пахнуть этим одеколоном и их сигаретами. Уже дома – в кровати мы с Нинкой долго обнюхиваем свои руки, пахнущие всеми мальчиками сразу
    Иринацитирует3 года назад
    Так хочется, чтобы пацаны были вежливыми, чтобы уважали нас, чтобы не издевались, чтобы не бегали к Тихоновым и к Плотавцам. Я бы встречалась, например, с Максом, Нинка – с Дэном. Сидели бы на скамейке, тихонько болтали и обнимались.
    Но нет же, сейчас вот Белый снова «чмырит» Маринку-лошадку, так и говорит:
    – Фу, лошадь, у тебя изо рта воняет, зачмырю.
    Маринка Улина никогда не психует и не уходит, она старается парировать все приколы, тренируя своё остроумие. Зря, по-моему. Куда ей до Белого.
    – Это у меня паста такая, – честно объясняет она.
    Взрыв хохота.
    – Белый, отвали от неё, – Королёва сама задирается – привыкла, что мальчишки ею восхищаются.
    Но эти ведь не такие.
    – А ты лучше лицо попроще сделай, глядишь – люди потянуться, – бросает ей Белый и отворачивается ко всем спиной.
    – Ты куда? – смеётся Дэн.
    – А я тут сейчас буду втихаря что-то кушать.
    Снова дикий смех.
    Хотя, что такого сказал сейчас главарь шайки – ничего ведь смешного.
    Иринацитирует3 года назад
    Нинке нравится красавчик – Дэн. Королёва выбирает между Игорем и Максом. Ирка, как обычно, ни к кому не питает симпатий, она всегда и во всём находит изъяны. У Белого, говорит она, нос как у орла, Дэн кажется Швецовой слишком женственным, а Макса с Игорем она назвала – «невдалыми». Я ещё очень долго смеялась над этим словом. А я обожаю их всех. Видимо со мной что-то не то, но прояви ко мне хоть капельку внимания кто-либо из городских, я с любым бы начала встречаться. Но парни внимания к нам не проявляют, а только прикалываются.
    – Они же издеваются над вами, – доказывал когда-то нам с сестрой дедушка. Однажды вечером он вышел во двор (мы как раз были на нашей скамейке) и услышал, как Белый приставал к Нинке:
    – Жена, ты меня любишь?
    Хорошо, что дедушка услышал только это. Обычно шуточки Белого, куда более язвительные, а уж, сколько многоэтажных матов я узнала за это лето…
    Вообще Белый – очень жестокий и нас он, по-моему, совсем не уважает, даже Королёву:
    – Молчи, умнее выглядишь, – частенько говорит он ей
    Иринацитирует3 года назад
    Нинка смотрит на меня умоляюще, но я знаю, что ботаник-Рустам никогда не позволит себе такого. Он неловко хватает меня за шею и, оглядываясь на Серёгу, наклоняет куда-то вбок. Я луплю бывшего соседа по парте коленями в живот, и локтями в грудь.
    – Блин, ты, дура, – кричит Рустам, – Серёга она бешенная.
    Я чувствую, что сопротивляться стало труднее, Серёжка оставляет Королёву и цепко впивается мне в плечо рукой, своё колено он ставит на мои ноги. Я понимаю, что не могу пошевелиться. Моя блузка ползёт куда-то наверх, твёрдая и влажная Серёгина рука на моём животе, я кричу: «Отстань, козёл», пытаюсь подпрыгивать всем телом, и, кажется, даже плююсь. Я вижу, как свирепеет мой мучитель, понимаю, что игра кончена, началась серьёзная борьба. Мне не важно, как я сейчас выгляжу, я не хочу, чтобы меня лапали, я не позволю этого даже ценой собственной жизни.
    Я вырываюсь чудом, бью Серёгу под живот ногой и бегу через школьную площадку вслед за Нинкой. Домой, домой, туда, где все думают, что я маленькая, что не знаю ни единого мата, и думаю, что детей находят в капусте. Лучше бы всё это было так. Какая пошлятина кругом. Как всё это мерзко. Никогда не буду целоваться с кем попало, никогда не позволю класть руки себе на грудь. Фу! Как противно всё это. Как стыдно! Дедушка, прости меня!
    Иринацитирует3 года назад
    Музыка заканчивается, Александр галантно расшаркивается передо мной, целует руки и отводит к сидячим местам. Я сажусь на мягкое сиденье, локтем чувствуя, что на соседнем со мной кресле – он, Чернов. Решаю, что не буду поворачивать голову. Интересно, поздоровается ли он со мной? Слушаю своё дыхание, почему-то мне кажется, что Серёжка тоже его слышит. Пытаюсь дышать потише. Определённо, я слышу не только своё дыхание, кто-то наклоняется к моему уху с заднего ряда. Я чувствую запах мужчины. Перегар – так, кажется, называет его Королёва. Её Юрка часто дышит на неё перегаром.
    – А сколько тебе лет? – видимо Александр Ломов решил продолжить наше знакомство.
    Иринацитирует3 года назад
    Я беру дневник в руки. Мне очень хочется швырнуть его ещё сильнее. Я представляю, как он, выпадая из обложки, летит деду в лицо, как удивлённо и испуганно тот смотрит на меня, роняя очки…
    Боже мой! Какая я дура! Это же мой дедушка, мой самый родной человек на свете, мой лучший друг, мой старший брат и отец. Это он вёл меня маленькую по глубокому снегу, рассказывая стихи о зиме, это с ним мы, вдвоём лёжа на узком диване, смотрели первый выпуск «Поля чудес», это с ним долгими уютными вечерами мы играли в шахматы, он рассказывал мне, как на костылях возвращался с войны через заминированное поле. Дедушка мой, любимый, прости. Никогда в жизни я не буду с тобой ссориться, никогда не стану называть тебя грубым словом «дед», никогда не усомнюсь в твоей правоте.
    Я чувствую, что слёзы катятся по моим щекам, и радуюсь этому. Я хочу быть маленькой. Я боюсь вырастать и вступать в самостоятельную жизнь.
    – Прости меня, пожалуйста, – всхлипываю я, переходя на рыдания. Я плачу, и мне становится легче. Ничего, ничего мне надо, кроме вот этого дома на окраине Малояблонова, кроме этих побеленных стен, звука швейной машинки, запаха тушёной картошки из чугуна, кроме стука калитки, и Нянькиных шагов в сенцах, кроме морозного узора на заклеенных жёлтой бумагой оконных рамах. Я не хочу расти. Мне не нужны эти пацаны, с их ранними матами и пьянками, мне страшно вступать в такую жизнь, где нужно целоваться и встречаться с парнями. Никакой Чернов ни сравнится с моими самыми дорогими людьми. Пусть Королёва целуется с хвастливым Виталиком и с алкашом-Юркой, пусть Швецова сидит да одиннадцати ночи с грязными гуцулами, пусть зазнавшийся Серёжка любит развязную матюкашку Ольгу. Я не хочу так жить, и не буду повторять за всеми, у меня есть своё мнение. Я верчу в руках, мокрый от слёз дневник. Я хочу обнять дедушку, но не могу – всё-таки мне не пять лет для таких нежностей.
    – И ты прости меня, – дедушка берёт мою голову и неловко целует куда-то в бровь.
    Иринацитирует3 года назад
    Внуч, покажи мне свой дневник, – доносится строгий голос из дедушкиной комнаты.
    Началось! Это он взялся меня воспитывать. Можно подумать, погуляв вечером, я враз стала двоечницей. Что за дурацкая теория, что гуляния как-то отражаются на учёбе?
    Воспитатель нашёлся. Что-то раньше никогда его мой дневник не интересовал. Я даже расписываюсь там сама. У дедушки простая подпись: закорючка с петелькой. Любой может подделать. Он, в общем-то, и не против. Всю жизнь я – третья в классе по успеваемости. Все об этом знают. И сейчас ничего не изменилось ни в дневнике, ни в моём отношении к учёбе. Зачем эта наигранность? Театр! Я швыряю дневник на стол.
    – Возьми в руки, и положи аккуратно, – дедушка сверлит меня глазами. Меня не надо сверлить – я не боюсь. Никогда он не сделает мне ничего плохого, и орать сильно он не умеет. А даже если и заорёт, бабушка вступится. Никогда в жизни у нас в доме никто не ссорился
    Иринацитирует3 года назад
    У Королёвой вон полно женихов с первого класса: все записки пишут и в любви объясняются, а позавчера вечером к ней Юрка приходил. Её бабушка аж на двадцать минут к нему выпустила. Правда каждую минуту выскакивала и проверяла, никуда ли Маринка не отошла от скамейки, но это не важно. Важно то, что человек понимает, что внучка уже взрослая. А мои не понимают. Не понимают, что сами портят мне жизнь своими запретами. Как я потом верну потерянный авторитет среди друзей?
    – Авторитет? – дедушка первый раз в жизни так кричал, – это у этих потаскушек авторитет? Которые не учатся, а по улицам с такого возраста бегают? Да их не уважает никто! Над ними смеются просто! Авторитет у тебя сохранится только, если ты гордой и умной девочкой будешь.
    Да, про «не уважают» я много раз слышала. И верила, что мальчишки не уважают тех, кто с ними целуется и тех, кого можно полапать. Так говорил дедушка, так пишут в журналах.
    Иринацитирует3 года назад
    Домой мы в итоге вернулись в семь часов. Это совсем рано. Летом в это время ещё светло. Но, тем не менее, дедушка разорался, сказал, что я рано «заженешилась», и что вверх больше меня не пустит. Ну как можно так относиться к собственной внучке? Что значит «рано»? Ведь в восемнадцать будет уже поздно. Там и зубы повыпадают, и замуж пора выходить. Да мне и не надо в восемнадцать. К тому времени, если я не вмешаюсь, Чернов уже женится на Ольге. А кроме него мне никто не нужен. Рано
    Иринацитирует3 года назад
    Я смеюсь, как дурочка. От радости такой близости с любимым и от удачной шутки. Хотя, его шутки всегда удачные. Или это просто мне так кажется?
    Чернов приближается ко мне, я вжимаюсь в шкаф, в предвкушении какого-то контакта.
    – Чё ты хочешь? – произносит он, потряхивая головой и смотря в упор смеющимися глазами.
    Конечно, он не поцелует. Он просто схватит за рукав, или легонько пнёт в плечо, но он дотронется до меня в темноте, в пустом кабинете, наедине. Как это классно!
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз