Книги
Александр Блок,Михаил Лермонтов,Анна Ахматова,Сергей Есенин,Владимир Маяковский,Андрей Белый

Mimesis

Ирина Осипенкоцитирует7 месяцев назад
Федор Сологуб

Не быть никем, не быть ничем,

Идти в толпе, глядеть, мечтать,

Мечты не разделять ни с кем

И ни на что не притязать.
saoirseцитируетв прошлом году
Я могу быть дырой в своей собственной лодке
saoirseцитируетв прошлом году
Не быть никем, не быть ничем,
Идти в толпе, глядеть, мечтать,
Мечты не разделять ни с кем
И ни на что не притязать
saoirseцитируетв прошлом году
«Стансы»
И наши дни когда-нибудь века
Страницами истории закроют.
А что в них есть? Бессилье и тоска.
Не ведают, что рушат и что строят!
Слепая страсть, волнуяся, живет,
А мысль — в тиши лениво прозябает.
И все мы ждем от будничных забот,
Чего-то ждем… Чего? Никто не знает!
А дни идут… На мертвое «вчера»
Воскресшее «сегодня» так похоже!
И те же сны, и тех же чувств игра,
И те же мы, и солнце в небе то же!..
saoirseцитируетв прошлом году
«Утро»

Эта ночь бесконечна была,
Я не смел, я боялся уснуть:
Два мучительно-черных крыла
Тяжело мне ложились на грудь.
На призывы ж тех крыльев в ответ
Трепетал, замирая, птенец,
И не знал я, придет ли рассвет
Или это уж полный конец…
О, смелее… Кошмар позади,
Его страшное царство прошло;
Вещих птиц на груди и в груди
Отшумело до завтра крыло…
Облака еще плачут, гудя,
Но светлеет и нехотя тень,
И банальный, за сетью дождя,
Улыбнуться попробовал День.
saoirseцитируетв прошлом году
«Ищи меня»
Ищи меня в сквозном весеннем свете.
Я весь — как взмах неощутимых крыл,
Я звук, я вздох, я зайчик на паркете,
Я легче зайчика: он — вот, он есть, я был.
Но, вечный друг, меж нами нет разлуки!
Услышь, я здесь. Касаются меня
Твои живые, трепетные руки,
Простёртые в текучий пламень дня.
Помедли так. Закрой, как бы случайно,
Глаза. Ещё одно усилье для меня —
И на концах дрожащих пальцев, тайно,
Быть может, вспыхну кисточкой огня.
saoirseцитируетв прошлом году
Расплескала ковшом из памяти
saoirseцитируетв прошлом году
«Жираф»
Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далёко, далёко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.
Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер.
Вдали он подобен цветным парусам корабля,
И бег его плавен, как радостный птичий полет.
Я знаю, что много чудесного видит земля,
Когда на закате он прячется в мраморный грот.
Я знаю веселые сказки таинственных стран
Про черную деву, про страсть молодого вождя,
Но ты слишком долго вдыхала тяжелый туман,
Ты верить не хочешь во что-нибудь, кроме дождя.
И как я тебе расскажу про тропический сад,
Про стройные пальмы, про запах немыслимых трав..
Ты плачешь? Послушай… далёко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.
saoirseцитируетв прошлом году
«Сонет-пейзаж»
Где ливня дальнего за частоколом свай
лишь облак остовы у сумерек порога, —
загадочно кривой казаться не желай,
о ты, что в горизонт впиваешься, дорога.
Где простоте луны, себялюбивой строго,
и скудости дерев пристал собачий лай,
не всуе ли искать от Феба до Сварога
великих вечеров у ветви вялых вай?
И глазу пастбищем не всуе ли понуро
ты служишь, о пейзаж, и хрипом на дубу
цевницу нив манишь и гор зовешь трубу
туда, где, потушив последнюю избу,
мертво, как тишина, что октябрями бура,
уснула осени линялая гравюра
saoirseцитируетв прошлом году
«Пьеро одинаковые»
Мы вышли из одной коробки, —
У нас одни привычки:
Земля луну замкнула в скобки,
А мы замкнем в кавычки.
Таких, как мы, на свете сотни,
И наша доля злая —
Встречать луну из подворотни
Какофонией лая.
И каждый чаявший обновки
Рифмованных ужимок,
Гравировал на заголовке
Ваш полинялый снимок.
Линяя на чужой обложке,
Мы лучшего не ищем;
Мы — как серебряные ложки,
Заложенные нищим.
А луны, подаваясь редко
Смычку трескучих,
Служили круглою виньеткой
Неокругленной сути.
saoirseцитируетв прошлом году
«Тишина»
В снегах голубых умирают дневные сияния,
И к небу стремятся вершины молитвенных елей.
Восставшему сердцу становятся внятны молчания,
И стон его гаснет, как вздох отлетевших метелей.
Душа загорелась от искр неизведанной нежности,
Пусть жизнь изменила, пусть дни ее вновь изменяют,
Я верен один средь теней вечереющей снежности,
И строгие ели крестами меня осеняют
saoirseцитируетв прошлом году
В их музыке, как бисер рассыпаясь,
Звенит надломленная грусть
saoirseцитируетв прошлом году
Она волной судьбы со дна
Была к нему прибита.
saoirseцитируетв прошлом году
Она была так дорога
Ему чертой любою,
Как морю близки берега
Всей линией прибоя.
Как затопляет камыши
Волненье после шторма,
Ушли на дно его души
Ее черты и формы.
saoirseцитируетв прошлом году
Ты помнишь камыш над гладью моря?
Там вечер розовый лег над нами…
Мы любовались, тихонько споря,
Как эти краски сказать словами.
У камней море подвижно, сине;
Вдаль розовей, и нет с небом границы,
И золотятся в одной равнине
И паруса, и туч вереницы.
Мы и любуясь слов не сыскали.
Теперь подавно. Но не равно ли? —
Когда вся нежность розовой дали
Теперь воскресла в блаженной боли.
saoirseцитируетв прошлом году
Море с землею лобзается вечно.
saoirseцитируетв прошлом году
Вечные моря звучат поцелуи
saoirseцитируетв прошлом году
Не слова — судороги, слипшиеся комом
saoirseцитируетв прошлом году
Людям страшно — у меня изо рта
шевелит ногами непрожеванный крик.
saoirseцитируетв прошлом году
Смотрела в небо в белый газ
лицом безглазым василиска
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз