Книги
Борис Акунин

Счастье Бахтияра

Читать в приложении
    Кирилл Лызловцитирует5 месяцев назад
    Да уж не трус, — отвечал Бахтияр, как на его месте сказали бы девять мужчин из десяти, потому что умным Аллах делает лишь каждого десятого, а больше и незачем.
    Екатерина Карташовацитирует4 дня назад
    Как отыскать такое счастье,
    Чтоб длилось долго и пылало
    Невыгорающим огнем,
    Неосушаемою чашей?
    Екатерина Карташовацитирует4 дня назад
    Молодожены остались в доме вдвоем, и о том, как они зажили, не поведать ни в какой сказке — для того пригодны только стихи. О счастье подобной любви, отгороженной от всего мира, лучше всех написал великий Саади:

    Мы в весеннем саду поселились отныне,
    И пусть мир прозябает в кромешной пустыне.
    Simona Domskihцитирует4 месяца назад
    его месте сказали бы девять мужчин из десяти, потому что умным Аллах делает лишь каждого десятого, а больше и незачем.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Как отыскать такое счастье,
    Чтоб длилось долго и пылало
    Невыгорающим огнем,
    Неосушаемою чашей?

    Впрочем, любовь на свете бывает разная. Иной раз такая, что все вокруг диву даются.
    Любовь сама себе хозяйка — хоть в Аравии, хоть в Испании.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Прощай навсегда. Я слишком люблю тебя».
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    — В чем я тебя обманывала? — сказала она. — Сколько раз ты сам повторял, что я не похожа на обычных смертных женщин. Разве я с этим спорила? Да, я гуль. Я живу любовью. Она так сильна, что испепеляет всякого, кто мне люб. Огонь — он такой. Что ты прячешь за пазухой? Заговоренный кинжал? Вот тебе моя грудь, бей. Только не исподтишка, как Омар, а глядя мне в глаза.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Гуль не вырывает своей жертве сердце, а проникает в него, и неизвестно, что хуже: мгновенная смерть от руки ифрита или медленная мука отравленного сердца
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    понял, что моя жена — моя погибель
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Слушай же. Сначала я был очень счастлив. Я несказанно любил ее, и, готов поклясться, она тоже меня любила. Так я, во всяком случае, думал… У моей любимой жены была только одна странность. Она завесила все зеркала и взяла с меня клятву, что я никогда не буду в них заглядывать — ей-де привиделся сон, что это принесет нам обоим беду. Я послушался, я с радостью исполнял любые ее прихоти.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Мы в весеннем саду поселились отныне,
    И пусть мир прозябает в кромешной пустыне.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Теперь она часто смеялась, и звук этот был сладостней звона дамаскских колокольчиков. Бывало, что и пела — и тогда в саду примолкали устыженные птицы.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Ты мне более чем приятен, — ответила красавица, не чинясь. — Я полюбила тебя всей душой. Смотрю на тебя и думаю: зачем на свете столько мужчин? Мне довольно его одного.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    Не угодно ль тебе, луноликая, быть в моем доме не гостьей, но одной из хозяек? — спросил он и тут же прибавил, потому что был человеком благородным: — Но если я тебе недостаточно приятен, не бойся мне отказать. Я буду рад иметь тебя и гостьей.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    И с того дня дом купца будто осветился волшебным сияньем. Когда в небе восходит полная Луна, звезды меркнут.
    Madina Mustakhimцитирует4 месяца назад
    как на его месте сказали бы девять мужчин из десяти, потому что умным Аллах делает лишь каждого десятого, а больше и незачем.
    korkchцитирует4 месяца назад
    — Храбр ли ты, незнакомец? — спросила черная женщина звенящим голосом. — Если нет — ступай своей дорогой.
    — Да уж не трус, — отвечал Бахтияр, как на его месте сказали бы девять мужчин из десяти, потому что умным Аллах делает лишь каждого десятого, а больше и незачем.
    Natasha Bielykhцитирует4 месяца назад
    Как отыскать такое счастье,
    Чтоб длилось долго и пылало
    Невыгорающим огнем,
    Неосушаемою чашей?
    Виктория Канахинацитирует4 месяца назад
    Зовут меня Омар Ибн-Хатиб, я отпрыск почтенного рода — отец мой факих, ученый правовед. К тому же занятию с отрочества готовили и меня. Я читал своды законов, переписывал их для памяти на длинные свитки, выучил наизусть тысячу хадисов.
    Danaцитирует4 месяца назад
    Храбр ли ты, незнакомец? — спросила черная женщина звенящим голосом. — Если нет — ступай своей дорогой.
    — Да уж не трус, — отвечал Бахтияр, как на его месте сказали бы девять мужчин из десяти, потому что умным Аллах делает лишь каждого десятого, а больше и незачем.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз