Николай Лесков

Леди Макбет Мценского уезда

    daryaцитирует3 дня назад
    В этих адских, душу раздирающих звуках, которые довершают весь ужас картины, звучат советы жены библейского Иова: «Прокляни день твоего рождения и умри».

    глянуть подробнее

    daryaцитирует3 дня назад
    она хотела, чтобы страсть приносили ей не в виде сыроежки, а под пикантною, пряною приправою, с страданиями и с жертвами
    daryaцитирует3 дня назад
    Ко всякому отвратительному положению человек по возможности привыкает и в каждом положении он сохраняет по возможности способность преследовать свои скудные радости
    daryaцитирует3 дня назад
    Впрочем, для нее не существовало ни света, ни тьмы, ни худа, ни добра, ни скуки, ни радостей; она ничего не понимала, никого не любила и себя не любила.
    daryaцитирует3 дня назад
    Любовь ее к отцу, как любовь многих слишком страстных женщин, не переходила никакою своею частию на ребенка.
    daryaцитирует3 дня назад
    Наш народ набожный, к церкви божией рачительный и по всему этому народ в свою меру художественный: благолепие церковное и стройное «органистое» пение составляют для него одно из самых высоких и самых чистых его наслаждений.

    про народ

    daryaцитирует4 дня назад
    Любил бы то, что не больше самого меня стоит, тем бы и доволен был.
    daryaцитирует4 дня назад
    скука русская, скука купеческого дома, от которой весело, говорят, даже удавиться.
    Darja Sцитирует6 дней назад
    о балам не ездим и по тиатрам столько ж.
    Darja Sцитирует6 дней назад
    е вспомнишь без душевного трепета
    Ксения Краузецитирует7 дней назад
    Дышалось чем-то томящим, располагающим к лени, к неге и к темным желаниям.
    Ксения Краузецитирует7 дней назад
    не все дорога идет скатертью, бывают и перебоинки.
    b0963885076цитирует14 дней назад
    «Прокляни день твоего рождения и умри»
    b0963885076цитирует14 дней назад
    «Прокляни день твоего рождения и умри».
    b0963885076цитирует15 дней назад
    Но не все дорога идет скатертью, бывают и перебоинки
    Kirill Glebovцитирует16 дней назад
    Дивным делом никому и невдомек ничего стало: умер Борис Тимофеич, да и умер, поевши грибков, как многие, поевши их, умирают.
    Дарья Мельниченкоцитирует23 дня назад
    Что есть такое в нас тяжесть? Разве тело наше тянет? тело наше, милый человек, на весу ничего не значит: сила наша, сила тянет – не тело!
    b7316670052цитирует25 дней назад
    Катерина Львовна показалась на верху волны и опять нырнула; другая волна вынесла Сонетку.

    – Багор! бросай багор! – закричали на пароме.

    Тяжелый багор на длинной веревке взвился и упал в воду. Сонетки опять не стало видно. Через две секунды, быстро уносимая течением от парома, она снова вскинула руками; но в это же время из другой волны почти по пояс поднялась над водою Катерина Львовна, бросилась на Сонетку, как сильная щука на мягкоперую плотицу, и обе более уже не показались.
    b7316670052цитирует25 дней назад
    Катерина Львовна за себя не заступалась: она все пристальнее смотрела в волны и шевелила губами. Промежду гнусных речей Сергея гул и стон слышались ей из раскрывающихся и хлопающих валов. И вот вдруг из одного переломившегося вала показывается ей синяя голова Бориса Тимофеича, из другого выглянул и закачался муж, обнявшись с поникшим головкой Федей. Катерина Львовна хочет припомнить молитву и шевелит губами, а губы ее шепчут: «как мы с тобой погуливали, осенние долги ночи просиживали, лютой смертью с бела света людей спроваживали».

    Катерина Львовна дрожала. Блудящий взор ее сосредоточивался и становился диким. Руки раз и два неведомо куда протянулись в пространство и снова упали. Еще минуту – и она вдруг вся закачалась, не сводя глаз с темной волны, нагнулась, схватила Сонетку за ноги и одним махом перекинулась с нею за борт парома.

    Все окаменели от изумления.
    b7316670052цитирует25 дней назад
    – Эх ты, совесть! – выговорила Фиона, качая с упреком головою.

    – Не к чести твоей совсем это, – поддержал солдатку арестантик Гордюшка.

    – Хушь бы ты не против самой ее, так против других за нее посовестился.

    – Ну ты, мирская табакерка! – крикнул на Фиону Сергей. – Тоже – совеститься! Что мне тут еще совеститься! я ее, может, и никогда не любил, а теперь… да мне вот стоптанный Сонеткин башмак милее ее рожи, кошки эдакой ободранной: так что ж ты мне против этого говорить можешь? Пусть вон Гордюшку косоротого любит, а то… – он оглянулся на едущего верхом сморчка в бурке и в военной фуражке с кокардой и добавил: – а то вон еще лучше к этапному пусть поластится: у него под буркой по крайности дождем не пробирает.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз