Шенг Схейен

Сергей Дягилев. «Русские сезоны» навсегда

    Natalia Shabdarovaцитирует3 года назад
    «Дягилев сделал три вещи: он открыл Россию русским, открыл Россию миру; кроме того, он показал мир, новый мир — ему самому».
    Фрэнсис Стейгмюллер
    Nastassia Voroshkevichцитирует2 месяца назад
    Наш балет, — говорил Бакст, — является совершеннейшим синтезом всех существующих искусств
    Nastassia Voroshkevichцитирует2 месяца назад
    Дягилев сочиняет музыку также в поместье Валроуз, принадлежавшем недавно скончавшемуся русскому барону Павлу фон Дервизу. Фон Дервиз был русским промышленником и меценатом. В 60-х годах он переехал на Лазурный Берег и возвел на территории своего огромного поместья два замка. Он оборудовал концертный зал на 400 мест и собрал оркестр, который исполнял в основном русскую музыку. Однако больше всего фон Дервиз привлек к себе внимание пропагандой музыки Рихарда Вагнера — поместью даже дали забавное название «Байройт в Ницце». Когда родители Дягилева останавливались в Ментоне, барон радушно принимал их у себя, и они со­вместно музицировали. Фон Дервиз хотел просить Павла Дягилева петь в его постановке «Жизнь за царя» Глинки, которую намеревался осуществить в 1879 году (похоже, это было первое представление оперы Глинки за границей), но Павел вежливо отказался, скорее всего из скромности
    Нина Гавришцитируетв прошлом году
    : «Он мне часто говорил, что его мать (иначе он ее и не называл) приучила его никогда не пользоваться словами: я не могу. “Эту фразу ты должен забыть, — говорила она ему, — когда хотят — всегда могут”[13]».
    Oleg Molokanovцитирует2 года назад
    И тогда плотники и гримеры, со словами «Не посрамим земли Русской!» и «Ляжем костьми» настояли, чтобы премьера состоялась в тот самый день, что и была запланирована[42].
    Oleg Molokanovцитирует2 года назад
    «Публика не знала, что делать, — писал Дягилев, — многие начали уходить, наверху принялись шуметь и вдруг, в минуту затишья, сверху театра, на всю залу завопил зычный бас по-русски: “Камаринскую, е… вашу мать”. Вел. князь Владимир Александрович, сидевший рядом со мной в ложе, встал и обратился к жене: “Ну, кажется, нам пора домой, княгиня”. Так окончился мой первый дебют в Париже!»
    Oleg Molokanovцитирует2 года назад
    После того как Шаляпин исполнил арию из «Князя Игоря», зал взорвался овациями, не стихавшими очень долго.
    Soniaцитирует3 года назад
    мнению Вальтера (или Валечки) Нувеля, близкого друга Дягилева в более поздние годы, именно ей Сергей был обязан своей исключительной силой воли, что составляло его наиболее выдающуюся черту: «Он мне часто говорил, что его мать (иначе он ее и не называл) приучила его никогда не пользоваться словами: я не могу. “Эту фразу ты должен забыть, — говорила она ему, — когда хотят — всегда могут”
    b0574312501цитирует3 года назад
    что мне еще не весело, а страшно, так страшно, что кажется, сейчас умру, и что это будет менее страшно, чем теперь. Чувствую, что это пройдет и что станет весело. Дорогой Лепус, неужели я никогда не излечусь от этого страха не знаю чего? Всего боюсь: жизни боюсь, смерти боюсь, славы боюсь, презрения боюсь, веры боюсь, безверия боюсь. Какое декадентство! Милая моя, ты мною недовольна, и ты права. Я перестаю быть интересен, нет больше молодости души, да может ведь и в старости быть красота. А старости боюсь.
    Katya Krivovaцитирует3 года назад
    Сюрреалисты, впрочем, были убеждены, что искусство не должно быть утилитарным, и считали работу в театре святотатством.
    Julia Grachevaцитирует4 года назад
    Искусство, по крайней мере, человеческое искусство все-таки не есть птичье пение и, прежде всего, есть — работа. Вещь необходимо должна быть хорошо сделана [...].Чтобы идти вперед, нельзя строить все благополучие на смелости новизны
    Oksana Khaylovaцитируетвчера
    Он привозит в Петербург не только работы фон Ленбаха и Менцеля, но также произведения Либермана, Клингера, Йосефа Исраэлса, Пюви де Шаванна и Бартельса
    Oksana Khaylovaцитируетвчера
    Большинство ближайших друзей: Дмитрий, Константин, Вальтер и, скорее всего, Павел — были гомосексуалистами и не имели опыта общения с женщинами
    Oksana Khaylovaцитируетвчера
    Это выдвигало перед Дягилевым важную дилемму, поскольку, при всей терпимости русского дворянства к гомосексуальным контактам юношей, считалось нормальным, что рано или поздно они женятся
    Oksana Khaylovaцитируетпозавчера
    Павел, похоже, мало занимался воспитанием детей, а если и делал это, то на старомодный манер.
    Oksana Khaylovaцитирует4 дня назад
    «Он мне часто говорил, что его мать (иначе он ее и не называл) приучила его никогда не пользоваться словами: я не могу. “Эту фразу ты должен забыть, — говорила она ему, — когда хотят — всегда могут”[13]».
    Oksana Khaylovaцитирует5 дней назад
    Итак, я убеждаюсь, что окончу дни свои здесь, где некуда торопиться, не надо делать усилий для того, чтобы жить, а это главная наша беда, мы все не просто живем, а страшно стремимся жить, как будто без этих усилий жизнь наша прекратится»[2].
    Maria Mokhovaцитирует6 дней назад
    Послал Вам отсюда небольшой подарочек — 10 книжек — труды десяти из самых великих мастеров: святого Rafaello — портреты — самое крупное, что он сотворил, Botticelli, Mantegna (помните Христа?), Pietro della Francesca, Donatello, Filippo Lippi, Francia, Masaccio, Michel Angelo и нашего миланского Luini. Полагаю при этом Вам в обязанность — изучить все эти снимки наизусть, очень серьезно, понять разницу между мастерами и запомнить все это. Вот труд подготовительный перед возможной поездкой и необходимый, чтобы Вам не очутиться там, как в лесу.
    KatyaLaцитирует8 дней назад
    . Бакст в марте 1913 года писал: «Стравинский и Дягилев все кричат про австрийца Schönberg’а; я, право, ничего не понял – без тональности – а, впрочем, может, и гениально – кто его знает»
    natalyalitrovnikцитирует17 дней назад
    Иными словами, если Стравинский беседует с богами, то Прокофьев — скорее с демонами
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз