Что читают диджитал-номады и их приспешники

Moscow Coding School
Moscow Coding School
8Книг

Тысячи книг — одна подписка

Вы покупаете не книгу, а доступ к самой большой библиотеке на русском языке.

Всегда есть что почитать

Друзья, редакторы и эксперты помогут найти новые интересные книги.

Читайте где хотите

Читайте в пути, за городом, за границей. Телефон всегда с собой — значит, книги тоже.

Букмейт — это приложение, в котором хочется читать
Цифровые визионеры и киберстранники о книгах, которые впечатлили их сильнее прочих. Чтиво, за которое лимбическая система вам респектнет.
Книга практических советов (от автора «Черного лебедя» и главного скептика стандартного обучения) на тему того, как извлечь выгоду из случайности. Талеб диссит номенклатурную советско-гарвардскую систему и попытки ее адептов уместить реальность в прокрустово ложе красивых теорий. Много интересных баек о пользе стресса, опциональности как залоге жизненной гибкости, о «своей шкуре на кону» как индикаторе доверия и о том, как природа раз от раза оказывается куда изощреннее человеческой рациональности. Гормезис, ятрогения, нелинейность, стоицизм и, конечно, притчевоязыцевые чемоданы на колесиках. В вопросах антихрупкости Талебу можно доверять, во время одной из лекций в Стэнфорде, запись которой можно найти на youtube, он пролил стакан с водой на собственный макбук и сохранил покерфейс.
Книгу, которая обещает расставить все возможные точки над «и» в затертом слове «хипстер». Дело здесь не столько в желании сковырнуть корки и разобраться со своими демонами, сколько в этимологии понятия. Норман Мейлер написал эту книгу в 1957 году, тогдашние хипстеры не знали макбука, но наверняка предпочли бы ему бензедрин. Мы же, поколение миллениалов, с детства привыкли выбирать pepsi, но нас все так же называют хипстерами. Огульная подмена понятий или историческая преемственность? Попробуйте разобраться сами.
Когда я открыл эту книгу, привезенную мне другом с Гаваев, и увидел собственноручную подпись автора “Namaste, Vadim”, из моих глаз хлынули слёзы, и я ещё долго не мог остановиться. Рам Дасс — в прошлом известный как профессор психологии Гарвардского Университета Ричард Альперт, соратник Тимоти Лири и один из пионеров психоделической революции 60-х — после почти десяти лет испытаний, нескольких тысяч ЛСД-трипов и бесчисленных бэдтрипов, осознал эфемерность «психоделического просветления». Третий глаз полностью закрывается уже через несколько дней после сессии (Лири же считал, что для того, чтобы не покидать буддахуд, нужно просто еженедельно «пересохраняться», чем успешно и занимался до конца своих дней) — что заставило ученого отправиться в Индию на поиски более константного решения. Там он встретил своего гуру Ним Кароли Бабу aka Махараджи, результатом чего явился мощнейший флипаут профессора, посильнее любого кислотного: он сменил имя, отрастил волосы и бороду, облачился в индийские шмотки, отказался от многомиллионного наследства и написал Be Here Now, ставшую культовой среди наиболее отъехавших американцев. Например, с Be Here Now в руках вы можете видеть Эштона Катчера в одной из сцен фильма «Джобс: Империя соблазна».
Сегодня на экзистенциализм не ссылается разве только ленивый, а потому знания о бурном развитии этого морально-этического (философского) направления в XX веке и имена главных амбассадоров лежат на поверхности. Заглянуть в истоки и увидеть прямую одностороннюю смысловую и даже стилистическую связь можно, почитав Достоевского, это тоже не новость. Новость приходит откуда не ждали — от усатого романтика, писавшего довольно посредственную поэзию и любившего Кавказ. Однако именно «Герой нашего времени» Михаила Лермонтова заложил столпы философии, на которые упрется впоследствии (осознанно или нет?) «Достоевский и Ко», и является уникальным по силе и идейному стилю произведением.
Мораль сей басни такова: «Герой нашего времени» – маст хев на книжной полке, поскольку как бы ни было сложно сопоставить портреты Миши и Альбера, второй появился в известном нам амплуа только благодаря первому. И книгу в таком контексте стоит прочесть хотя бы из любопытства, не говоря уже о заготовленном внутри духовном экспириенсе, который не выражается в известных людям материальных и нематериальных величинах.
Герой нашего времени, Михаил Лермонтов
Книга, которую большинство, несмотря на странный русский перевод, знает как Lean Startup лежит в идеологическом фундаменте Moscow Coding School. Если чем-то в нашей команде руководствуются при принятии решений, так это Философией «Lean»: мы никогда не останавливаемся в развитии нашего продукта. На каждой итерации ключевых процессов мы пробуем новые подходы, собираем фидбэк и оставляем то, что работает.
Конст. Вагинов родился на рубеже ХIХ и ХХ веков и стал настоящим коллаборатором того времени. Он отличается от многих современников особой методикой построения своих произведений. Используя городской фольклор, газетные вырезки, античные произведения и свою страсть к коллекционированию, он создавал некий литературный коллаж, в котором прототипами героев становились люди из его окружения. После прочтения «Гарпогонианы» — романа, написанного им в состоянии смертельной болезни, я бесповоротно влюбилась в его творчество и в конечном итоге он заменил мне парня.
Можно ли простым и понятным языком рассуждать о рождении вселенной, пространстве, времени и других вечных проблемах, опровергнув постулат теории относительности? В научно-популярном бестселлере «Краткая история времени» Стивена Хоккинга можно встретить лишь одну формулу E = mc2. Сам физик надеется, что она не отпугнёт половину его читателей, но поможет мыслить проще о сложном.
Самая знаменитая работа об «обществе потребления» человека, который и ввел в обиход этот термин. Нещадно критикуя все столпы современного общества — бесконечное потребление и жуткую одержимость вещами, — Эрих Фромм отстаивает древний идеал жизни. Жизнь не как вещь, но как процесс. И даже те, кому не по душе самопровозглашенные мессии, могут найти интересным и захватывающим необычный взгляд автора на многие привычные вещи — любовь, секс, автомобили.
Смесь восточного дзен-буддизма с древним чистым христианством, неприкрытая ненависть к Древней Греции и Эпохе Возрождения, исследования семантических нюансов языка — все это, вместе с тонной цитат из самых разных источников, начиная от Маркиза де Сада и заканчивая Гоббсом, делает книгу очень познавательной и любопытной.
После прочтения понимаешь, откуда появился «Бойцовский клуб».
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз