Ох, уж этот 2017, Lelya Nisevich
Ох, уж этот 2017
Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20173 месяца назад

Тяжелая книга. Тяжелый фильм.
Много вопросов и никаких ответов.
Главный персонаж здесь - молчание.
Безмолвие скрывает или обнажает многое: страх, веру, силу. Молчания боятся, его хотят уничтожить. Болтуны всегда угоднее власти, потому что понятны ей. В человеке молчащем (Отец Родригес почти не разговаривает, повествование идет посредством писем) идет бесконечная скрытая борьба -
кем же стать? Мучеником-Иисусом или Иудой-предателем. В каждом верующем существует обе эти испостаси. Он может выбрать любую, насколько ему позволит совесть и вера. Стать предателем, но спасти несколько жизней или не отступить, наблюдая за казнями невинных? Вера непоколебима лишь в стенах монастыря, на воле же она всегда на распутье. В минуты страданий первым приходит вопрос: Почему Бог молчит, когда творится такая несправедливость? Почему в священных книгах он приходит на помощь одному, а сейчас молчаливо взирает на гибель множества своих сыновей? Вода вне монастыря тоже двулична. Она не несет свет и святость крещеным, а приносит им лишь смерть.
Сложно определить: есть ли Бог или нет, слыша в ответ лишь молчание. "Но если Бога не существует, разве смог бы человек вынести это жуткое равнодушие?"

Молчание, Сюсаку Эндо
Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017вчера

Викторианский роман, написанный без купюр, прикрас, сентиментальности и жалости к героям, со всеми скабрезностями и откровенностями, существовавшими в то время. Вы побываете в трущобах, борделях и домах олигархов того времени, в головах и постелях жителей дна и высшего света. Испытаете наслаждение и боль, узнаете больше о достоинстве и унижении. Кто добродетельнее - аристократы или куртизанки?
Багровый лепесток - прекрасная внутри и ужасная внешне Конфетка - умеющая любить-обманывать так, что её клиенты готовы отдать за нее все, а один из них - Уильям Рэкхем, даже выкупает ее из борделя собственной матери (о времена, о нравы!)
Белый лепесток - жена Уильяма, страдающая опухолью головного мозга (в то время еще не научились ставить такие диагнозы), медленно угасающая и входящая с ума.
И я бы добавила еще один маленький бесцветный лепесток - дочь Рэкхема, забытую и отданную на попечение гувернанткам, как будто бы не существующую и не участвующую в жизни дома до появления нового члена семьи или все же прислуги Кем она станет - багровым или белым лепестком? Конец романа открытый.

Багровый лепесток и белый, Мишель Фейбер

Мишель Фейбер

Багровый лепесток и белый

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017вчера

На мемуары сложно писать какие-то отзывы.
Еще одна книжка, раскрывающая чуть больше о характерах и жизни любимых поэтов-писателей и их вдовах (Мандельштам, Булгакова, Брик).
Семья Профферов, основавшая издательство Ардис Паблишинг - те, кому удалось сохранить и отпустить на свободу, в мир читателей наследие Бродского, Булгакова, Аксёнова, Мандельштама. Вывезти архивы из СССР было очень и очень непросто. Кто знает, может быть мы читали совсем другие книги сейчас, а эти гениальные рукописи затерялись в круговерти времени.
В дополнение рекомендую прочесть "Бродский среди нас" - Эллендеи Проффер.

Без купюр, Карл Проффер
Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017вчера

Еще одна книга, действие которой происходит в Ирландии (перед этим читала Дж. Бойн - История одиночества).
Роман, который невозможно не дочитать (хоть местами хочется сказать - не верю! и скука смертная), постоянно подгоняешь себя - а чем же все кончится? Главную героиню (Розана Клир) хочется пнуть за чрезмерную покорность, хотя понимаешь, что в те годы женщины находились в более зависимом положении от мужчин, общины, церкви и окружающих, и ее история - лишь одна из многих.
Лечащий её врач (рассказчиков по тексту двое) тоже инициативностью не отличается и так же покорен ударам судьбы, лишь идея возвращения престарелой пациентки (Розаны) обратно в мирскую жизнь выводит его из эмоциональной "спячки". Концовка и вправду неожиданная, хотя и весьма предвкушаемая. Во время чтения неоднократно сомневаешься, кто же в итоге безумен - героиня или люди, поместившие ее в психиатрическую лечебницу. Каждую из ее историй можно трактовать двойственно.
PS А фильм все же лучше - изменение сюжета пошли на пользу)

Скрижали судьбы, Себастьян Барри

Себастьян Барри

Скрижали судьбы

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017позавчера

Жизнь семейная. Не простая и не сложная, текущая неторопливой рекой мимо неизменных берегов, на вид спокойной, но таящей свои водовороты и подводные камни. Но иногда скала на пути речушки бывает слишком большой и разделяет её на 2 независимых ручейка, вынужденных проделывать себе новые русла.
Роман о консерватизме и мужской лени. Чудесное юмористическое описание попыток Мэйкона Лири (главный герой) жить в одиночестве и быть наконец счастливым, избавившись от главной, как ему кажется, проблемы его жизни (наконец эта неряшливая и нерациональная женщина ушла от него), оборачивается против него. Внезапно в его жизни появляется другая женщина (во всем виноват кусачий пес). Даже в его стабильно-занудно-консервативной семье Лири происходят перемены, как бы подталкивая и его к изменениям. Но сменив одну женщину на другую, проблем не решишь и себя не изменишь. И есть ли смысл кидаться в новый омут с нерешенными старыми проблемами? Метаморфозы героя временны - мыслями он всегда в прошлом, в котором ему было уютно и хорошо. Случайный турист в настоящем, ждущий возвращения домой...
Конец открытый - позволяет додумать, будет счастлив наш зануда-консерватор в новом мире или все же прошлое утянет его обратно.

Случайный турист, Энн Тайлер

Энн Тайлер

Случайный турист

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017позавчера

- Тебе не кажется, что ты профукал свою жизнь? (с)

Роман о фальшивой невинности и слепой вере. История молчания длиной в 40 лет и блудных овец. Наши дни переплетаются с воспоминаниями.
Ирландия. Полвека назад церковь была для нее всем. Дорога в священники считалась достойным выбором молодого человека, но вскоре все изменилось...
Главный герой, отец Йетс, человек бегущий - от семьи, друзей, проблем и потерь, укрывшийся в лоне религии (как ему казалось - спокойном месте), но жизнь расставит все по своим местам, испытает его, и он не пройдет это испытание. Его история - это история католической церкви. Закрыв глаза и уши, отвернувшись и промолчав, избежать проблем не удастся. Невинность - это вовсе не молчание и ложь самому себе. Кара за молчаливое согласие настигнет его в собственной семье. Он потеряет все. Преступник сделает его и жертвой и сообщником, переложив часть вины на него (оправдание - ибо я не ведаю, что творю, разве церковь - не пастырь заблудших овец?). Церковь учит прощать, но простые люди не столь лицемерны.

История одиночества, Джон Бойн

Джон Бойн

История одиночества

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017позавчера

"Серьезный" мальчишеский взгляд на проблемы взросления и семейные отношения. Уморительно, наивно, трогательно.
Ты - подросток. Родители заняты собой, на тебя никто не обращает внимания, до тех пор, пока не набедокуришь. А у тебя все серьезно - и любовь, и прыщи, и "тяжелое детство, грубая пища, отвращение к панку" (с), и недавно ты понял, что ты - интеллектуал, а никто этого не видит и не ценит. Как выжить в 13 лет в этом жестоком и несправедливом мире?
Читать, смеяться, вспоминать свое детство и свои проблемы.
PS Очень жалко пса, который просто не вылазит от ветеринара

Тайный дневник Адриана Моула, Сью Таунсенд

Сью Таунсенд

Тайный дневник Адриана Моула

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017позавчера

Легкое дорожное чтение - на разгруз головы, прочел - и забыл. Сборник баек и историй из жизни. Автору хочется пожелать совершенствования стиля - потому что написано достаточно топорно. Таких историй - миллион в ЖЖ и ФБ, есть гораздо более складные и интересные. Врачам и медбратьям не дают покоя лавры Булгакова и Ломачинского))

Годы в белом халате, Павел Гушинец

Павел Гушинец

Годы в белом халате

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017позавчера

Ожидала большего. Скучно и грустно об отношениях отцов и детей (матерей и дочерей). Недолюбили, недоговорили... Времени, сил и желания все исправить - уже нет, да и нет уже в этом смысла, у всех своя жизнь, бывшая как-бы-семья рассыпалась и каждый сам по себе. Только свадьбы, болезни и похороны на время собирают этих людей в одном месте. А была ли семья? Существование людей под одной крышей - это не всегда можно назвать этим словом.
Итак, больничная палата, две самые близкие друг другу женщины (мать и дочь), которым абсолютно не о чем разговаривать. Чтоб заглушить слишком громкую тишину, мать рассказывает сплетни и слухи об общих знакомых и выполняет роль телевизора или радиоприемника, отрешенного от слушателя. Такой непринужденный разговор двух незнакомцев или не очень дружных соседей (какое-то время мне казалось, что мать Люси - ее галлюцинация, сон, воспоминание, настолько неуместно звучат ее речи). А Люси есть что вспомнить... и так много хочется рассказать, раскрыть душу, обвинить мать в своих жизненных ошибках - но она не смеет. Это как биться головой о каменную стену - бессмысленно. Она не поймет. Да и мать - есть мать, вроде бы не бросила умирать голодной смертью, наверное, надо быть благодарной ей. И Люси молчит о том, что ей пришлось пройти.В конце хотелось бы чего-то более жизнеутверждающего - но и теперешняя как-бы-счастливая жизнь Люси не настраивает на этот лад. Наше прошлое - наша тень, невозможно от него избавиться.

Меня зовут Люси Бартон, Элизабет Страут

Элизабет Страут

Меня зовут Люси Бартон

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 2017позавчера

Щекочущая нервы книга. Признаемся самим себе - мы обожаем триллеры и фильмы ужасов, хоть и боимся, но так видимо устроена любопытствующая человеческая природа. Так вот: эта книга - пример такого увлекательного фильма о той страшной стороне жизни и смерти, с которой мы почти не сталкиваемся (и слава богу!) и о хрупкости человеческого организма. Написано со специфическим (профессиональным, наверное) юмором; приобретать такую профессию без юмора, кажется, не стоит. Назвать ее нон-фикшн сложно - узнаете только, что в детективах очень сильно искажают действительность будней судмедэкспертов и какие-то общие факты, скорее это сборник баек и рабочих моментов.
Мир состоит из тяжелых тупых предметов и как бы это жутко не звучало, но на стол судмедэксперта попадем все, так или иначе. Люди крайне редко умирают от старости.
Научит ценить жизнь. Тем, кто курит невзатяг и иногда выпивает будет интересно взглянуть на себя изнутри через несколько лет (в книге очень много "симпатичных" картинок 18+ - впечатлительным и после завтрака лучше не смотреть)

Вскрытие покажет. Записки увлеченного судмедэксперта, Алексей Решетун

Алексей Решетун

Вскрытие покажет. Записки увлеченного судмедэксперта

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20172 месяца назад

Сразу и не скажешь, что главнее в этой книге: фотографии или текст. То ли путевые заметки наблюдательнейшего Стейнбека обрамляют фото Роберта Капы, то ли - наоборот.
Книга - развенчание мифа о русских, наводящих ужас на весь мир и Америку в период "холодной войны".
На вопрос "хотят ли русские войны?" автор получает в городах и деревнях бескомпромиссный ответ - нет, конечно, нет. Русские как и американцы живут миром, надеждой (да так рьяно, что с грустью усмехаешься, что могут вырабатывать из нее энергию).
А еще эта книга о навязанных идеологиях и различиях восприятия между: иностранцами и русскими, правящей верхушкой и простым народом, и даже жителей разных советских городов: Москва, Киев, Сталинград, Грузия (чем южнее - тем свободнее).
Стейнбека гораздо больше интересуют не официальная политика и пропаганда, а сами люди. Общаться с ними проще, чем дальше от столицы. Южане добродушны и гостеприимны, москвичи (как и сейчас) несколько нервозны и под вечным давлением.
С жалостью оба "туриста" отмечают о нехватке техники для восстановления городов и деревень после войны (один бы бульдозер сюда), работы ведутся голыми руками. Государство же далеко от насущных проблем: музеи тому примером: Сталинграду посланы красивые знамена и письма, вместо оказания реальной помощи.
Автор пытается не писать о политической ситуации, но политика везде - пьесы в сельском ДК, бюрократизм и перекладывание ответственности, вмешательство "духов" в маршрут поездки. От паранойи и отчаяния спасают юмор и самоирония.
Без прикрас описано воздушном сообщении в СССР (устаревшая техника, отсутствие вентиляции и стюардесс с напитками). Верно подмечено и о "хороших" советских писателях, прославляющих советскую систему и получающих за это квартиры и машины, в Америке же хороший писатель обличает режим и недочеты государства.

Русский дневник, Джон Стейнбек

Джон Стейнбек

Русский дневник

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20172 месяца назад

Нонфикшн в стиле журнала cosmo, посвященный тяжелому бремени исследователей самой малоизученной и неотъемлемой части человеческой жизни. Секс - сколько тайн, домыслов и недопониманий вокруг тебя! Сколько исписано пергаментов и сломано копий об отношениях "м" и "ж" вне спальни - не спорю: проще писать об отношениях мужчины и женщины с морально-социально-этической стороны, нежели хоть чуток изучить техническую и физическую.
Человек - самое сложное "животное" для изучения, загнанное собственной этикой в угол. Но все же находятся ученые-смельчаки и подопытные "кролики" (чаще всего ими за монетку (иногда и во имя науки) оказываются жрицы и жрецы любви, от чего результаты могут слегка "грешить"). Большинство глав посвящено женщинам - мы гораздо более таинственные и сложноустроенные существа: женской виагры до сих пор не изобретено, увы!
Юмор автора спасает от пошлости и скучной статистики.

Секс для науки. Наука для секса, Мэри Роуч

Мэри Роуч

Секс для науки. Наука для секса

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20172 месяца назад

С первой страницы мы знакомимся с главным героем, рассказчиком и искальщиком Лазарем Гойхманом. Искальщик кладов в детстве, а затем и лучшей жизни в юношестве, мечущийся вместе со страной от плохого к хорошему и наоборот.
Декорации - безумное время 1920-30х гг., в котором были утеряны понятия семьи, правды, лжи, добра и зла. Время, оправдывающее все, в котором каждый стремился выжить, убежать от судьбы и, возможно, начать жизнь заново. Но от прошлого не убежишь - оно настигает и вяжет подобных "искальщиков" своими и чужими тайнами, паутиной молчания и лжи. Героям скорее сочувствуешь - время такое, нет у них выбора, кроме как вести двойную жизнь.
Изюминка текста - неповторимый местечковый украинский идиш - говор окрестностей Чернигова.

Искальщик, Маргарита Хемлин
Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20172 месяца назад

Что-то среднее между художественным романом и документальной биографией с перевесом в сторону последней. С первых строк удивляет стиль письма, напоминающий школьное изложение со всеми недочетами речи - то ли косноязычность автора, то ли проблемы переводчика.
К сожалению иных материалов или дневников семьи Жабинских в русском переводе в открытом доступе не нашлось, хотя история сама по себе широко известная и интересная. Ради нее и стоит продираться сквозь не самый удачный текст: сухие военные факты которого разбавлены мимимишным описанием "домашних" зверушек и страницами дневников Антонины, той самой жены смотрителя зоопарка. Где-то к середине окунаешься в повествование и недочеты текста перестают яро бросаться в глаза.
Если же хочется эмоций и накала страстей - смотрите фильм.

Жена смотрителя зоопарка, Диана Акерман

Диана Акерман

Жена смотрителя зоопарка

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20173 месяца назад

Скромно лежащий в уголке московских книжных роман неожиданно оказался на 5 с плюсом.
50-70-е гг., золотые годы расовой нетерпимости и половой дискриминации в США. Американка Мэрилин, твердо решившая не быть домохозяйкой, как мать - единственная девушка на мед.курсе, влюбляется в преподавателя истории (и, увы, китайца!) Джеймса Ли. Они венчаются, переезжают подальше от родных и обзаводятся домом и тремя детьми. Американская мечта во плоти. Ирония судьбы - в стремлении не быть как мать, Мэрилин ею все же становится, как бы не пыталась временами бунтовать. Её супругу тоже нелегко - получив новую жизнь, он оторвался от своих корней и этот диссонанс будет преследовать его постоянно, своим в мире "белых" он так и не стал.
Роман начинается с пропажи их старшей дочери, Лидия, которую затем находят в пруду. Убитые горем члены семьи начинают собственное расследование. И открывается многое...
Книга о своеобщей недоговоренности. Молчание - не золото, да и слово - не серебро, если они скрывают иную, неудобную правду. Такое бывает, когда родители не видят своих детей за своими мечтами ("с бесконечной самонадеянностью сочиняя Лидии будущее, она ни на миг не могла даже вообразить, что этого будущего не случится. Что она хоть отчасти ошибается"), а дети так жаждут родительского внимания и боятся его потерять и замалчивают свои проблемы и желания. Когда семья кажется сплоченной только за обедом, а на самом деле давно не интересуется друг другом, погрузившись в собственные проблемы.
Все члены семьи Ли считают, что их судьба складывается неправильно и все можно изменить, если выполнить ряд определенных действий - переплыть пруд, уехать от своей семьи, перестать готовить. Но в жизни все так просто...

Все, чего я не сказала, Селеста Инг

Селеста Инг

Все, чего я не сказала

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20173 месяца назад

Первое впечатление - ерунда полная: умирает тетушка, впереди дележ наследства, описание скучного быта и мыслей нескольких семей...а потом ты вчитываешься и понимаешь, что у тебя в голове такой же хаос, и какие-то проблемы героев по-своему близки.
Прекрасный юмор, модные нынче попытки расширения сознания (с помощью семян неизвестной науке орхидеи), проблемные семьи, которые существуют только благодаря единому пространству, поиск отцов, супружеские измены, подростковые кризисы, инцесты, проблемы публичности - у каждого свои скелеты в шкафу.
Красной нитью через всю книгу протянута ботаническая тема, что человек - ошибка эволюции, зачем нужно было так долго и сложно развиваться, чтобы потом долго и мучительно искать себе пару , вместо того, чтобы просто разбросать семена вокруг. В книге достаточно много секса и мыслей о нем - и среди людей и среди цветов :)
Шикарнейший персонаж - целеустремленная мать семейства, Бриония, пытающаяся завязать с шопоголизмом (завтра, а сегодня скупающая полмагазина), сидящая на постоянной диете (запивая её вечером парочкой бутылок красненького и заедая картошкой), со спортом у нее тоже дело не ладится.

Орхидея съела их всех, Скарлетт Томас

Скарлетт Томас

Орхидея съела их всех

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20173 месяца назад

Читаешь и забываешь, как дышать. От боли, обиды и жалости: за детей, рожденных и нет, за женщин со сломанными судьбами, за семьи и за страну в целом. В какой момент сломался весь механизм здравоохранения? Или он всегда был хром; просто не сталкиваясь в жизни с серьезными болезнями мы этого не замечали.
Главная проблема медицины, что в России лечат не человека, а болезнь. Женщина лишь придаток к своей беде, поэтому можно без спросу показывать её студентам, убивать её больное дитя, совершенно не задумываясь о чувствах и желаниях матери - не в вмешивайтесь в процесс лечения! Мы вас так лечим, как умеем.
Но еще страшнее - окружающее общество. Мы привыкли замалчивать свои проблемы или что еще хуже - искать виноватых. Общество и церковь вменяют человеку в вину, что он заболел (автор тоже поначалу ищет причины случившегося в каких-то своих мыслях и действиях), так легче жить, когда кто-то виноват. Вместо дельных советов вполне образованные люди советуют помолиться Матронушке - вдруг само рассосется.
Страшно жить в стране, где этики нет ни у врачей, ни у психологов, ни даже у близких знакомых, не говоря уж о прохожих на улице.

Посмотри на него, Анна Старобинец

Анна Старобинец

Посмотри на него

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20173 месяца назад

2024 год. Дракон покидает свой пост. Операция "Преемник" провалена. В стенах правительственных учреждений идет скрытая битва элит за власть, а на улицах анархическое сражение оппозиции и сторонников правящей партии.
Скучно, пресно, да и язык написания оставляет желать лучшего.
Нормальных людей в романе просто нет, как будто взяли и испарились. В Москве остались только политические рептилии, живущие с целью - занять лакомый пост и не вполне благополучные семьи с московских окраин. И обе эти группы идентичны, разница только в языке и системе знаков - говори правильно и тебя примут за своего.
Все разговоры сводятся к "высоким" целям: идейность, нация, поиск национальной идеи (найдем - и все изменится). Идеи так и нет, и роман - очередное переливание философской воды с политическим подтекстом (такой обычный русский мужской диалог после пары рюмок). Получается, что никому она и не нужна. Живем же как-то без нее. Да и страна в целом никого не волнует. Перестали строить и мусор убирать, но жизнь-то продолжается.
Ни счастья ни светлого будущего в романе нет. Выборы проходят, все налаживается само собой и никто этого даже не замечает.
Каждая строчка романа так и кричит: сидите дети дома, не суйтесь в большую политику, вас просто используют, сами справимся без вас.
В авторство Суркова совсем не верится - какие-то политические тонкости имеют место быть, но дьявол в мелочах: вряд ли ему знакомы объявления про "Башкирский мёд" на стенах ДК.

Ультранормальность, Н.В. Дубовицкий

Н.В. Дубовицкий

Ультранормальность

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20173 месяца назад

Фантазия на тему фатализма, что вся наша жизнь не такая уж череда случайностей и живем мы по написанному свыше (пусть и текст появляется лишь на завтрашнее утро).
Все начинается в 1039 г. в Арле: не слишком удачливый сапожник покупает себе зонт и получает впридачу удивительную книгу, которая изменит его жизнь и сделает соучастником важных исторических событий. Хорошая задумка (похожая на "Шагреневую кожа"), но всегда хочется погрузиться в книгу полностью, а в последние главы верится с трудом.
Мораль: бойтесь исполнения своих желаний, у Богов (в данном случае - книги) свое чувство юмора. Надейтесь только на себя, трудитесь честно и не будете знать невзгод. Счастье не в долгой жизни, не во власти и даже не в богатстве. Любовь не купишь ни за деньги, ни волшебством.
Если вдуматься, то "Торговец зонтиками" - книга о самом несчастном человеке на свете. И ужас - представьте, что бы было попади эта книга в руки жадному и властному человеку?

Торговец зонтиками, Франсис Малька

Франсис Малька

Торговец зонтиками

Lelya Nisevich
Lelya Nisevichдобавила запись на полкуОх, уж этот 20173 месяца назад

Один из рассказов «Теллурии» превратился в полноценный роман.
Не столь отдаленное будущее после второй исламской революции, в котором смартфоны, а позднее - умные блохи заменили людям мозги и новым развлечением элиты стали стейки на первоизданиях классических книг, приготовленные поварами тайного сообщества book’n’grill. Уже не книги - поленца, придающие пикантный тематический аромат любому блюду: судачки на Мастере и Маргарите, осетр на Достоевском.
Сам по себе текст не перестал существовать, но облекся в новую форму, а старая стала музейным достоянием - и потому такой желанной к уничтожению. Власть над судьбой тома, его разрушение (еще и за большие деньги) приносит ВИПам нового мира непередаваемое наслаждение. Книга не просто сжигается; о, это целое искусство с переворачиванием страниц: медленно и мучительно уничтожаются следы несколько веков, которые видел её корешок и тысячи рук, оставивших отпечатки на листах. Но не каждая книга достойна такой смерти - на советской литературе и авторах 21 века не хотят готовить вовсе. Через какое-то время книги начинают спасать (т.к. их становится все меньше), но от этого страсть к их сжиганию усиливается, бизнес становится кровопролитным. И появляется идея с помощью молекулярной печи, размножающей один том в тысячу, превратить поленца в товар масс-маркета.
Сжигание книг, как символ - признак деградирования власти и государства, запрет на свободу слову и историческую правду. Ведь если нет первоисточника - любой текст можно переписать заново и выдать новый за истину.
Я считаю, что бумажная книга при любом раскладе не умрет в будущем: мир всегда будет делиться на тех читателей, кому важно не только содержание, но и форма, ощущения. Возможно, она станет новым винилом для ценителей.

Манарага, Владимир Сорокин
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз